Она не отходит, лишь ждёт, будто высматривая и запоминая каждую реакцию, оставляя где-то в уме сдвинутые брови к переносице, сжимающие глаза, слегка поступающий пот и явное желание выпить воды, пока проскакивают возможные знания из книжек, картинки и слова, которые  отложились на подкормке сознания. Кегг вовсе не обращает внимание на то, как руки откидывают, как стараются не смотреть в глаза, потому что прекрасно знает это ощущение, знает это состояние, когда не хочется показывать свою же слабость, не хочет чтобы помогали, потому что думает, что может справиться самостоятельно, когда это не так.

— Не храбрись, это бесполезно. Мы в лесу, вдвоем, и кроме меня тебя никто не увидит. Я хочу стать целителем, так что видеть чужую боль, плохое состояние в скором будущем будет для меня вместо завтрака каждое утро. Я не хочу, чтобы потом у нас обоих были проблемы, и я попросила тебя сказать мне четко что у тебя болит.

Леона отворачивается, немного отступает назад на корточках, прежде чем коснуться пальцами земли, выискивая маленький камень, прежде чем достать палочку и что-то прошептать, наблюдая за тем, как камень немного вытягивается в руке, как превращается в маленький стеклянный стакан, а после снова говорит, наполняя его прозрачной водой и поднося ближе к губам Барти, мгновенно касаясь его затылка, прежде чем нагнуть ближе к стакану, невольно оставляя пальцы в его волосах. Они были мягкие, слишком далёкие от представления в голове в первые минуты встречи, каждый раз наблюдая, считая минуты от того, как тот сможет отпить и придется его отпустить. Нельзя задерживаться ни на секунду, нельзя терять никакой бдительности, отпуская его голову, снова прислоняя к стволу.

— Полчаса все равно ни чему не повредит. Мы и так уже задержались, — Леона выдыхает, беря больше морозного воздуха в лёгкие и присаживается рядом, неловко касаясь кончиком куртки чужого тела, пока стакан ставит рядом на случай, если ещё потребуется немного воды, — Просто ни о чем не думай. Все останется между нами.

Подпись автора

Haven't I given enough?

— И зачем нужно было строить из себя героя? Нет, это конечно приятно, но не забывай о себе, — Стакан неподалеку падает от случайного касания ногой, но та не обращает на него никакого внимания, — Дойдем до замка сразу иди в больничное крыло. Не буду спрашивать, что ты увидел в воде, но если это вызывало такой эффект, то значит, это действительно что-то болезненное или серьезное.

Леона вновь вытягивает ноги, так же, как было на поляне рядом с водой, а палочка, которая ранее была в руках теперь оказывается на вытянутых коленях, пока из приоткрытых губ вырывается судорожный выдох, а после морозный воздух мгновенно успел ударить в лицо. Кончики пальцев невольно подрагивали, а голова тем временем перебирала как можно больше нужных заклинаний, пытаясь погрузиться даже в самые темные потайные уголки своего мозга, стараясь вспомнить то, что могло даже не отложиться окончательно. Но не смотря на это паника почему-то не захлестывала, почему-то не хотелось поддаваться эмоциям, которые наверняка одолели ещё раньше, а поэтому лишь ждёт, желая почему-то положить голову Слизеринца на себя. Она лишь могла представить эту головную боль, могла вспомнить, как у самой стреляло в виски, что раздражал солнечный свет, а поэтому молчит, опуская подбородок вниз. На Барти сейчас смотреть опасно, потому что понимает, что захочет прижать его к себе, захочет снова коснуться волос, но в этот раз медленно, будто пробуя что-то вкусное, одновременно запретное, ловя при этом настоящий восторг. Ей хочется подумать об этом позже, явно не на темной земле и таком же темном лесу.

— Я идиотка.

Леона говорит внезапно, практически вскакивая с нагретого места, беря палочку в руки сильнее, намного крепче чем прежде. Девушка шепчет, направляя кончик палочки в руки, прежде чем видит перед собой маленький компас, стрелка которого сразу начинает вращаться в правильном направлении. Она оглядывается ещё раз, прежде чем взглянуть на Барти и довольно улыбнуться, показывая на вещицу в своих руках.

— На ней нарисован замок, а красная стрелка показывает где мы. Просто нужно будет идти по нему. Почему я сразу не додумалась до этого? — Кегг вновь тянет к нему свою руку, вновь хочет помочь подняться, чтобы теперь выйти отсюда окончательно.

Подпись автора

Haven't I given enough?

Девушка выдыхает, когда ощущает давление чужой руки на своей вновь, но почему-то теперь это не выглядит так, будто касается чего-то холодного, почему-то теперь ладонь Крауча кажется какой-то слишком теплой, слишком надёжной друг для друга в первую очередь, которую не хочется отпускать до конца пути, надеясь продлить хотя бы на немного это приятное чувство, которое растекается где-то внутри, что хочется снять куртку, неловко улыбаться, так, как никогда не делала. Слова о путеводной звезде заставляют неловко отвести взгляд, мгновенно кивнуть головой, пытаясь скрыться где-то меж деревьев, только бы не увидели странных красных кончиков ушей, странных телодвижений, которые ранее никогда не были присущи Кегг. Почему-то вся ее уверенность, вся колкость теряется где-то рядом с этим непонятным Слизеринцем, надеясь, что это исключительно влияние сегодняшней ночи и общего непонимания как найти дорогу до замка.

Стрелка компаса в другой руке слегка двигается, когда оба наконец-то привстают, а губы растягиваются в лёгкой ухмылке от собственной затеи, словно решая тем самым похвалить себя. Волос все ещё неудачно прилипает к щеке, но девушка не обращает на это никакого внимания, теперь уже уверенно перешагивая вперед, но не давая Барти идти перед ней, только рядом, ловя себя на мысли, что каждый раз оглядывается, стоит увидеть некоторые замедления в чужих шагах. Хотелось почему-то предложить помощь, хотелось закинуть чужую руку на свое плечо, чтобы как-то облегчить его движения, довести до замка без лишних препятствий, которые могли возникнуть на пути. Ей не нравится мысль о том, что темноволосый не захотел идти в больничное крыло, не нравится мысль, что он осознанно выбирает скрывать, выбирает не делать ничего ради собственного благополучия, что невольно начинает раздражать, забываясь в собственных мыслях.

Внезапно перед глазами виднеется давно знакомая поляна, знакомые очертания замка, а компас в руке автоматически пропадает, словно узнавая, что потеряшки все же смогли найтись. Уголки губ невольно приподнимаются, а дыхание будто начинает спирать, стоит только подумать о том, что совсем скоро смогут попасть в свои комнаты, совсем скоро Леона сможет увидеть свою кровать и просто от усталости лечь, закрывая глаза. Волос, который давно прилип к влажной щеке только сейчас находит свое место в руках девушки, только сейчас она наконец-то убирает его, постепенно подходя к воротам, вовсе не боясь и не волнуясь, как именно дальше нужно будет пройти, обходя всех старост по дороге.

— Это было интересно, — Девушка оборачивается на Барти, который все ещё стоит рядом, все ещё куда-то смотрит на ее лицо, но почему-то сейчас это кажется слишком не важным, — Я была рада познакомиться с тобой, Барти. Надеюсь, что мы ещё увидимся.

Подпись автора

Haven't I given enough?