Компас Лили ничего нового не сообщает. По крайней мере, для Марлин — на человеческие голоса он никак не реагирует, словно ничего странного в них нет, на обстановку вокруг тоже, как будто от аномалии и магического искажения не осталось и следа. Тогда он просил их попасть внутрь — и вот они, наконец, здесь, под куполом — а теперь эта шутка предлагает им выйти наружу. Спасибо, пожалуйста, здравствуйте, до свидания. Ничего такого, до чего нельзя было бы додуматься и своим ходом. Определись уже, хочется проворчать ей, мы же не можем быть в двух местах одновременно. Хотя, если они в прошлом, наверное, именно это с ними и произошло — они могли раздвоиться и их вторые версии могут быть где-то ещё. Но в эту мысль тревожную мысль Мак принципиально глубоко не вдаётся, на всякий случай. Ещё хочется, чтобы её коллеги тоже определились, потому что у них кажется снова зреет какой-то спор. Единственное, что не вызывает желания возразить, это применение дезиллюминационных чар — пока невыразимцы сталкиваются лбами, как два меряющихся властью в табуне коня, Марлин спокойно накладывает на Клуаран заклинание невидимости, оставляя, впрочем, её на привязи, чтобы не разлучиться. Кобыла послушно ждёт. И Мак в который раз убеждается, что животные куда дисциплированнее людей.

Закончив, она оборачивается к парочке других строптивых скакунов, которые достались ей в нагрузку. Перспектива быть разжалованной из Аврората без почестей МакКиннон вообще не пугает — она просто займётся тем, чем и должна была, работой с лошадьми. А вот судьба мистера Гери-Джерри её откровенно забавляет.

— Такой талант как ваш не должен пропасть на виселице. Скорее вас отправят в ВАДИ, сэр, — подкалывает она, впрочем, совсем беззлобно. Она надеется, что хотя бы Эванс проявит благоразумие, но подруга, как старший невыразимец явно намерена в этот раз действовать радикально. И когда только успели спеться? Только же препирались, и нате, уже заодно. — Что, вы серьёзно? Да стойте вы! — останавливает Марлин их сердитым шёпотом, когда осознает, что предложение не шуточное, хватает и тянет в сторону, прочь от дома, как упёртых гранианов. Послушно следует за ней сама разве что Клуаран. И намотанная на кулак веревка, тянущаяся к кобыле, служит Мак успокоительным якорем. И напоминанием — они должны вернуться. Они должны сделать так, чтобы им было куда возвращаться. — Как на учениях в штабе про маховики времени так невыразимцы только и знают, что талдычат, что в прошлом нельзя убивать бабочек. А тут что выходит, можно, если осторожно, и давайте попробуем все вместе? Может вместо того, чтобы сразу вмешиваться, хотя бы попытаемся этого не делать? Ну я даже не знаю. Акцио, свежий выпуск "Ежедневного Пророка"! — взмахнув палочкой, также шёпотом призывает она.

Газету выписывают, конечно, не все волшебники, но в порте Ман есть ещё жители и у кого-то вполне может быть сегодняшний экземпляр. Главное, чтобы их не занесло в такое прошлое, где "Пророк" ещё не издавался, но при таком раскладе разговор с местными сейчас будет наименьшей из их возможных проблем.

Отредактировано Marlene McKinnon (07.08.2026 14:04:11)

Подпись автора

- Ну надо ж! - крякнул Эллджер, едва увернувшись от летящей газеты, - Было б у меня нормально галлеонов, я бы тебе даже премию за сообразительность выписал.

Могут ведь, когда захотят, чтоб их!
И Эджертон нагнулся к газете, щурясь на первую полосу через заляпанное пенсне, у которого, впрочем, стекла уже не стало, так что пришлось просто выпятить подбородок и сузить глаза, пока правое веко от напряжения дергаться не начало.

- Четвертое... Ну нихрена себе! Девочки. Поздравляю. Мы прое... то есть, проскочили ровно два дня назад. Я знать не знаю, как оно произошло, ну да это не моя забота. И оставаться я тут надолго не собираюсь. Если б, знаете, меня где-то на ваш вьюный возраст откинуло, тогда куда ни шло, а два дня - спасибо, но нахрен не надо. И мы, как вы уже поняли, не будем дожидаться, пока заповедник вместе с нами сгорит к импам в трещину. Поэтому мы что сделаем? Правильно, разнюхаем подробности и свалим. Не геройствуем. На Орден Мерлина не облизываемся. Сва-лим. Ничего больше.

Вот только засада - как обратно-то теперь отсюда выйти? Эллджер задумчиво по сторонам огляделся и номер Пророка машинально в сумку запихал. Затем проводил взглядом уходящих в дом МакФасти. Мужик обнимал жену за плечи, та смеялась - ну обычный и вполне себе унылый домашний быт, до того нормальный, что у Эллджера даже в зубах заныло.
Что-то вообще невесело оно - стоять рядом с живыми трупами, точнее, с людьми, которые через тридцать шесть часов превратятся в горстку пепла, а эти две чокнутые стажерки еще с ними покалякать хотели.
Вот как они это представляли, переговорщицы недоделанные?
- "Оййй, здраааасьте вам, а мы из будущего! Вы через два дня все сгорите, скажите, пожалуйста, где тут замеры воздуха можно сделать?" Это мы им сказать должны? Вы вот как хотите, а я что-то в местную дурку попасть не хочу.

Но в этот же момент кобыла МакКиннон так громко фыркнула, будто ей в нос грюмошмель попал. Чего этой мадам не понравилось рядом с мирным домом постоять - хрен вот разберет, Эллджер вообще плохо понимал животных и не заводил их поэтому никогда.
- Ну и куда ее несет, МакКиннон? Жрать хочет, штоль? Или чует чего-то?

У них, конечно, нет вариантов привязать ее куда-то и оставить прямо здесь. Однако, бежать за кобылой полуприсядью - тоже весьма странное удовольствие.
- Ладно, пойдемте посмотрим. Время еще позволяет. Только, повторю: спасать никого не пытаемся, истории не касаемся, и местным не рассказываем ничего. Невыразимцы, МакКиннон, хоть и чокнутые, но про невмешательство чистую правду говорят. Мне не веришь, так вон у подружки своей спроси, она подтвердит.

Сперва ничего не происходит, а потом с шорохом на ладонь почти не верящей в успех Марлин опускается газета. Она немного ждёт, не вылетит ли следом из-за угла хозяин, у которого она вырвала вести буквально из рук, но никто не появляется. Она расправляет разворот к себе титулом, стараясь не громко шелестеть страницами, задевая те пальцами. Заголовок, где ни слова о катастрофе на Гебридах, она читает по диагонали — взгляд сразу устремляется к дате, и сердце падает куда-то в желудок, как от попытки сделать сальто в воздушной яме.

Плохая новость — они всё-таки угодили в прошлое. Хорошая, если это можно назвать такой — это не такое прошлое, из-за которого можно сразу писать завещание, бронировать похоронную ладью и заказывать церемониальное сожжение в Гебридском море. Но это всё ещё прошлое, опасное в своей как непредсказуемости, так и предопределённости, и Мак понятия не имеет, что с этим делать. То есть в теории-то, конечно, там всё ясно, как помыслы келпи при виде ныряльщика в водоёме, но практически — если ничего не предпринимать, зная о том, что должно произойти — разве это будет не худшим преступлением, чем непреднамеренная ошибка, в которой они все оказались? Происшествие на острове Мак трагическая случайность, но то, что предлагает старший невыразимец, осознанный выбор в борьбе с совестью, с которым им придётся всем жить. Им нельзя вмешиваться — Марлин знает — но если ничего не делать, все жители наверняка в порте Ман умрут. А они выберутся — и будут до конца жизни помнить, что была вероятность что-то исправить, но они им не воспользовались, потому что куратор отдал приказать не посягать на Орден Мерлин.
А между Орден Мерлина — последнее, о чём думает Мак.

— Купол ещё не повреждён, — многозначительно напоминает она, — вы можете улететь на любой из островов, большинство из них пустует. Переждать там эти пару дней, а потом возвратиться в исходную точку, как ни в чём ни бывало. Продолжите лопать воздушные шары или пойдёте изучать тот неподвижный смерч или что вы там планировали.

Она говорит — вы — потому что сама так делать не собирается, хотя в каком-то извращённом смысле это выход из петли, и смотрит на Лили, по привычке, в поисках какой-то поддержки. Лучшего плана у неё нет. Вот если бы был способ всех этих людей переместить на какой-нибудь остров и убедить два дня не высовываться, а потом вернуться. Не ради Ордена, конечно, а потому что у них был шанс и они его не упустили. Но расчёты явно не на их стороне, ей неизвестен точный диапазон взрыва, у них не так много времени на полномасштабную эвакуацию и на троих всего два транспортных средства, метла и летающая лошадь... Будто уловив ход её мыслей, кобыла с фырканьем куда-то тянет хозяйку. Марлин призывает её обратно, уверенная, что та не должна была ещё проголодаться или устать, но Клуаран, обычно довольно послушная и терпеливая, не поддаётся на команды и приходится последовать за ней.

Куратор продолжает без умолку трещать, как болтрушайка перед смертью, открещиваясь от всего, что они решали ещё минуту назад. Видимо, расстроился, что ему не дали, как следует, выступить перед зрителями.

— Неужели? Разве это не вы только что предлагали нам с Лили притвориться парочкой заблудившихся туристок, а себе отвели роль чокнутого дяди? Что значит время позволяет? Мы застряли в заднице гиппокампуса, и вы невыразимцы разве не должны трястись из-за каждой секунды на счету? Какой у нас запас?

Мак не помнит, как звали ту женщину, что провалилась на сотни лет назад, но наблюдает за всем, и ей кажется, что никакой урок Отдел Тайн из этого не вынес — только поучать горазды. Но, откровенно говоря, ей всё равно, что по уставу невыразимцев полагается говорить в таких случаях. В Аврорате они действуют по-другому. Она накладывает на себя дезиллюминационные чары и, осторожно выглянув из-за здания, чтобы посмотреть, что так привлекло Клуаран, ищет в воздухе рябь, что оставил бы невидимый силуэт любимица. Направление следов на снегу.

— Cluaran, thig thugam, — снова зовёт она.

Отредактировано Marlene McKinnon (12.08.2026 22:04:46)

Подпись автора

Вы.
Вы, вы, вы...
Лили молчит и думает о том, что плохая из них получилась команда. Не совсем понятно почему, но - плохая. Это ощущается на каком-то тонком уровне взаимодействия. Конечно, это не вина других - не целиком их вина, и она тоже причастна к их неслаженной, какой-то нелепой работе. Каждый твердит свое, каждый хочет поступить по своему, каждый будто тянет одеяло на себя.
Один вроде как руководит, но при этом делает все, чтобы его не хотелось ни слышать, ни слушать.
Она сама совершила тот глупый поступок…
Марлин уже сейчас, заранее, отстраняется. Раз уж она говорит, что Лили и мистер Эджертон могут улететь и потом изучать аномалию, то, значит, приняла какое-то свое решение и не собирается делиться им ни с кем.
Почему-то в голове мелькает мысль: нужно было лететь на своей метле. У нее дома есть своя, не самая современная, как у Поттера, но все же. А можно было взять служебную метлу, которая гораздо лучше. Только что теперь жалеть об этом!
И, конечно, в одном Марлин права: у них нет времени. Об этом и сама Лили говорила раньше.
Эванс поднимает голову, глядя в небо и просто слушая остальных.
Превратить бы всех местных жителей в предметы и вывезти отсюда на материк, в безопасность. А обратно вернуть им привычный вид чуть позже. Это не нарушило бы ход времени: местных волшебников нет и ничего о них не известно, в то время как они, обращенные в кулончики, колечки или кубки, мирно лежали бы у Лили в сумке.
Профессор МакГонагалл отлично умеет трансфигурировать людей, что однажды и "демонстрировала" Эванс в критической ситуации. Как бы сейчас пригодилась ее помощь!
Сколько тут жителей? Им говорили на инструктаже, но всегда ведь может быть небольшой плюс-минус: кто-то уехал, кто-то приехал.
Марлин теперь тоже не видима. Дезиллюминация "хороша" тем, что и друзья тебя не видят, только твои следы в снегу.
Отлично.
Лили не успела сделать и шагу вперед, как вдруг на них будто обрушилось небо. Или это было похоже на океанскую волну, которая накатывает внезапно и бьет со всей своей неистовой силой, неотвратимо накрывая с головой – и утаскивая куда-то прочь, не спрашивая мнения и разрешения. 
Лили инстинктивно обхватила себя руками, а затем, словно устыдившись, опустила руки: в одной - волшебная палочка, в другой - прибор, который  вновь сходит с ума.
Они опять в будущем. То есть в нормальном времени.
Если в разрушенном магглами острове есть что-то нормальное.
Белье на веревке - то же самое?
И этот временной бросок... что-то подсказывает Лили, что он может повториться. Что, раз уж они оказались в этой западне, то их может кидать туда-сюда. И неизвестно в какой момент они попадут в следующий раз. Может быть в самый момент катастрофы.
Наверное, не стоило ехать сюда.
Но ведь это ее работа.
Сколько времени займет бросок - одному Мерлину известно. Вернутся они в прошлое или нет – неизвестно. Но, раз уж они забрались сюда, под купол, то нужно делать то, что изначально собирались: собирать образцы и искать выживших. Впрочем, нет, выжившие люди не были их приоритетом, так ведь?
Лили вновь смотрит на свой прибор, а потом шагает к бельевой веревке и снимает самую маленькую рубашку. Запихивает ее в свою сумку – это тоже может стать предметом изучения. Магия – она ведь везде, она способна оставлять свои отпечатки.
А еще: если люди были в доме, когда все случилось, то там могут оставаться тела.
- Я проверю дом. Если там погибшие, то нам надо это знать. Я быстро.
Эванс уже не уверена где Марлин и Клуаран, насколько далеко они, прикрытые дезиллюминационными чарами, отошли. Так что слова ее, скорее, предназначены для мистера Эджертона. Развернувшись, она быстро проскользнула в дом, продолжая сверяться со своим прибором: задерживаться в доме Лили и вправду не собиралась. Ей нужно посмотреть, оценить ситуацию и выйти.
Лишний риск совершенно ни к чему.

Подпись автора

Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!

Клуаран на её команды не реагирует, и Марлин ничего не остаётся, кроме как, наматывая верёвку вокруг ладони, двинуться за ней, осматриваясь. Что так могло увлечь лошадь?

Она ступает ровно по проталинам, оставленным копытами, чтобы не следить на снегу ещё больше, пока натяжение не пропадает и на слух не становится различимо едва уловимое всхрапывание. Силуэт расплывается в воздухе. Мак осторожно вытягивает свободную руку, прикасается к той части, где ожидает обнаружить холку, и ласково гладит. Она выглядывает из-за кобылы, но так и не понимает, что ту сюда привело. Может, у кого-то из местных обитает глиноклок и, почуяв Клуаран, он как-то приманил её и вышел поприветствовать? Она в восторге от этих зверушек, а те обычно очень импонирует ей, потому что обожают лошадей. Но глиноклока на земле вокруг Марлин не наблюдает — хотя эти животные довольно трусливые и не выносят людей, и она могла уже спугнуть того своим приближением. На ум не приходит ничего другого, что вызвало бы такое непослушание.

— Dè tha ceàrr? — шёпотом спрашивает Мак. Ответ приходит мгновенно, долетая до неё не иначе как с ветром.

Клуаран поворачивает мордой куда-то в сторону зданий, и оттуда по нарастающей раздаются голоса. И один настолько знакомый, что Марлин замирает. Дядя!

Мэллиот показывается в компании какого-то человека, и это не должно быть неожиданностью, ведь она знала, что он был на острове в момент катастрофы, но его появление всё равно поражает и сковывает с ног до головы, словно оглушающее заклинание. Она слышит упоминание колодца. Неудивительно, дядю постоянно приглашают, если колодцы или другие домашние водоёмы надо раскелпивать. МакФасти, может, и не рады, что приходится прибегать к помощи МакКиннона, но Мэллиот в этом один из лучших — и живёт близко к тому же, на соседнем острове.

Кобыла тянется к нему, хотя на этот раз более сдержанно, словно испрашивая разрешения, и Мак её понимает — как и то, что им туда нельзя — одновременно радуясь, что успела нанести на них обеих дезиллюминационные чары и их не видно, и проклиная себя за это же, потому что стоять перед выбором, оказывается, куда хуже чем разбираться с последствиями, если бы она по глупости умудрилась вмешаться. Но она ничего не успевает сделать.

Время ударяет ей в грудь, снова скручиваясь и искажаясь, и возвращает их обратно. Дядя и его спутник исчезают. Цвета, звуки и запахи тоже пропадают, смытые в неизвестность аномалией. Марлин стоит, не шевелясь, и в глазах у неё закипают слёзы. Она вдруг вспоминает, как дядя похвалялся тем, что умеет приручать келпи, седлать, как другие МакКинноны гранианов, и может умчаться на нём вскачь не по небу, а прямо по морю-океану. И почему-то ей хочется верить, что, может, ему это удалось, уплыть от порта достаточно далеко, даже если это и будет значить, что больше она его не увидит.

Она бредёт обратно к своим компанионам, серая, как смерть и пепел вокруг. В этот раз Клуаран идёт, не сопротивляясь.

— Она почувствовала знакомого, — но больше там никого нет, — объяснила бы Мак, если бы было кому. Но Лили и мистера Гери-Джерри не видно. Марлин оглядывается в поисках невыразимцев — тоже нанесли невидимость? — и смотрит на следы на снегу, что уходят в разных направлениях — к дому и к какой-то пристройке. Надо бы проверить колодец, снова вспыхивает на границе сознания. Но она заставляет себя остаться.

Вот и где обещанный запас времени? Сгинул, как и всё остальное. Если аномалия настолько не стабильна, то, возможно, им не стоит разделяться, пока они не установят закономерность? Хотя МакКиннон и хочет пойти проверить колодец. Но, кто знает, может, если они пойдут в разные места, их снова куда-нибудь — когда-нибудь — забросит? А если по отдельности ещё и в разные временные участки? Аврор внутри рвётся на поиски выживших — но рисковать теми, кто точно жив, ради надежды? Нет, Марлин себя не простит, если отлучится и её спутников затянет какой-нибудь временной пузырь без неё. Но стоять совсем без дела? У Эванс и мистера Гери-Джерри есть эти странные компасы, которые ведут в никуда, а у неё для никуда только руки и ноги. Мак озирается по сторонам и нацеливается на одно из тех зданий, куда не ведёт вереница шагов.

— Гоменум Ревелио! — произносит она, но с места не двигается. Если кому-то понадобится помощь, добраться до невыразимцев, склонных кидать что попало в аномалии — возможно, даже себя — так будет сподручнее.

Подпись автора

Да имп задери эти временные скачки!
Эджертону даже разглядеть некогда, чего тут в сарае заныкано! А добыча-то знатная, не хухры-мухры какие-то, вам тут, понимаешь, и чешуя драконья, и клыки, и куртка из драконьей кожи, что уже как бы ни хрена себе, ему за всю подобную приблуду пришлось бы ползарплаты вынуть да положить, и отнюдь не Гертруде в карман...

Но подумать об этом недосуг - его снова отбрасывает похожей волной, и никто уже не знает, куда.
Хотя, чего там узнавать? Вон, знакомые все голоса на улице, тот же самый бабий ор про пирог и драконов, ну надо же.
Он и соскучиться особо не успел.
- Да чтооооб тебя! - закатил глаза Эджертон и цокнул так громко, что в Министерстве, наверное, услышали. Однако,  впечататься спиной в стену сарая не позабыл - мало ли, что там у мужика на уме. Вдруг он псих какой?
Канальство, опять от напряжения глаз заколотился... Не к добру это все, уж на такие вещи Эллджера чутье никогда не обманывает!

И тут, кажись, снова прошлое. Примерно столько же часов до катастрофы, как и в прошлый раз.
Ну и задница...
Их что теперь, как мышей по лабиринту гонять будут, пока они не пошевелятся и чего-нибудь не сделают? А оно им на кой пес упало, спросить не позабыли?

Пока ответов нет, и Эллджер осторожно, пытаясь не скрипеть сапогами по полу, прильнул глазом прямо к щели между досками. Вылезать наружу - не лучшее решение: там все еще ходит этот МакФасти с женой, и он еще не понял, чего у них там на уме. В конце концов, если он отсидится в здании, и не покажется на глаза местным, вдруг все эти временные перескоки улягутся, и можно будет со спокойной душой отсюда удрать?
Но вот какое дело: улики оставлять особо нежелательно, потому Эджертон запихнул в сумку часть скорлупы и зубьев. Не так много, чтобы заметить, но и не так мало, чтоб они за вещдоки не сошли. Пару бутылок с неизвестным пойлом тоже умыкнул - открыть не смог, на понюх тоже вроде ничем не пахло, но и они для расследований сгодятся. А если там добротный Огневиски древнего года выдержки, то будет ему неплохая такая компенсация за старания.
Кто знает - вдруг семейство и в самом деле браконьерствует?

И он бы дождался нового скачка, чтобы свои подозрения проверить, но какая-то непрошенная мысль так и свербит в нутре, аж покоя не дает.
Девки!
Мерлин задери, как они там?! Эванс так вообще в чужой дом угодила! Приходится отсюда срочно когти драть и бежать ей на выручку, как бы оно опасно не было.

Вердикт заклинания неутешителен — никого не стало. Чары не могут охватить весь периметр поселения, но даже осмотр того небольшого участка, где они находятся, сообщает достаточно, чтобы разрушить хрупкую надежду, что трепещет у Марлин в груди, — в этой части порта Ман катастрофу никто не пережил. Или не застал — и это осознание зарождает обманчивое чувство веры, которому Мак не должна уступать, чтобы сохранить профессионализм, но всё равно невольно поддаётся, отвергая отчаяние. Пока нет тела — нет и дела.

А в следующий миг тел и впрямь нет. Потому что их возвращает обратно, проглатывая в другое время, и чары, ещё совершающие обход по территории, вдруг подсвечивают для неё жизнь. И не одну. На самом деле жизни в этом времени так много, что это знание бьёт под дых, как удар копытом, угнетая все её рецепторы сменой обстановки.

Она цепляется в верёвку, как в спасательный трос, и облокачивается на Клуаран — единственную доступную константу, за которую можно держаться. Кобылу снова тянет в сторону, потому что, вероятно, она снова почувствовала дядю, но Марлин тащит лошадь к дому, огибая его вдоль стены. За углом раздаются голоса и шаги, скрип двери — той самой, за которой скрылась подруга. Мак замирает с клокочущим сердцем — Лили! — понимая, что подруга вполне могла угодить в ловушку, сама того не осознавая. И перебирает в уме безобидные способы, которыми можно будет отвлечь внимание хозяев на случай, если это так. Что-нибудь естественное и достаточно громкое, чтобы они заметили, но не настолько, чтобы заподозрили неладное. Что угодно лучше, чем если её там обнаружат посреди комнаты.

Взгляд Марлин мечется по кусочку двора, что виднеется в зазоре между зданиями. Колыхающееся на верёвках бельё, шелестящие на ветру ветви дерева, мужчина и женщина, остановившиеся на крыльце, и оставленные ими следы на снегу... Вот оно. Мак выглядывает из-за угла и нацеливается на припорошенную крышу. И заклинанием приводит лежащую у края горстку снега в движение. Совсем немного, размером с снежок — аккурат на макушки. Чтобы немного задержать жильцов на пороге и дать Эванс время спрятаться или как-то выбраться. И затаивает дыхание, молясь, чтобы эта малость не убила никакую бабочку.

Отредактировано Marlene McKinnon (28.08.2026 22:00:22)

Подпись автора

Несколько кошмарно долгих секунд Марлин, кажется, совсем не дышит, выжидая, а сердце колотится так, что позавидовал бы любой мощный галоп. Даже Клуаран нехарактерно замирает под боком. Проходит ещё секунда, затем ещё. Ничего не происходит.

Ну то есть снег, ведомый заклинанием, двигается и, скользнув по крыши, падает на крыльцо и щедро осыпает хозяина. Хозяйка, увы, успевает войти в дом до этого, но по тому, как женщина отчитывает мужчину складывается впечатление, что она всё ещё на пороге. Но главное не это — а то, что ничего страшного не происходит. Вселенная от крошечного вмешательства Мак не рушится и её саму не возвращает в настоящее время постаревшей на вечность вперёд, чтобы предать суду невыразимцев за убийство бабочек.

Марлин не считает, сколько прошло времени, но надеется, что Лили удалось покинуть дом или где-нибудь схорониться. Мак смотрит и ждёт, пока произойдёт ещё хоть что-нибудь. Но Эванс не появляется (хотя ждать этого было бы глупо — подруга наверняка тоже скрылась под дезиллюминационными чарами, чтобы точно себя не выдать), мистера Гери-Джерри тоже не видно (возможно, по той же причине), а хуже всего то, что хозяин дома решает вдруг не заходить внутрь. А пойти в сарай, где как раз спрятался старший невыразимец.

Сердце Марлин, которое только-только подуспокоилось, снова на полной скорости ныряет в живот от осознания, что надо что-то предпринять, пока не стало хуже. Хотя куда уж хуже? Всё изменилось. Она только что всё испортила. Мак не помнила, о чём говорила эта парочка, но помнила одно — они оба заходили внутрь. Если мужчина передумал, значит, она облажалась и очень крупно. Возможно, она всё-таки убила одну из тех пресловутых бабочек. Но анализировать этот промах некогда — работу над ошибками всё же лучше выполнять в своём время и когда их жизням ничего не будет угрожать. 

Зазор между зданиями маленький, но слишком длинный, чтобы его можно было пересечь, времени, чтобы придумать план, и того меньше. Мак даже не целится, потому что у неё только секунда, прежде чем мужчина пропадёт из поля зрения, где она не сможет ни на что повлиять, и, направив палочку на проталины на снегу, шепчет "Глациус". Она не хочет, чтобы мужик убился, сломав себе шею из-за гололёда, — только немного времени взаймы, чтобы им всем убраться и составить план. Импровизация в прошлом — отстойная идея.

[newDiceMulti=1d6:0:Удастся ли задержать мужчину, заставив немного поскользить на гололёде?]

Подпись автора

Лили замерла, прижимаясь к стене дома. Она слышала шаги и звон посуды, отдаленные голоса. Окно девушка закрыла на полностью и поэтому звуки из дома доносились довольно отчетливо. При желании она могла бы вернуться обратно и спрятаться, например, под кроватью.
Женщина вошла. А мужчина.. нет, он не вошел. Судя по звуку шагов он пошел к строениям.
Как там Марлин и мистер Эджертон? Впрочем, они взрослые люди, работающие в Министерстве Магии, а значит смогут позаботиться о себе. Они – пришельцы из будущего.
А одни ли они здесь? Они: Лили, Марлин, мистер Эджертон? Они – те первые, которые только пришли сюда, тоже были здесь? Значит ли это, что они могут встретить самих себя?
В этом одном месте, Лили это показалось всего на миг, будто скрутилось множество ниточек: и прошлое и будущее и даже невозможное будущее.
Или в этот раз они сместились чуть-чуть вперед во времени?
Лили вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. И тут же поняла, что совершила страшную глупость, недостойную невыразимца. Ее ведь послали сюда собирать образцы, а она, стоя над людьми, которые умерли от какого-то жуткого сочетания магии и военной силы магглов, даже не подумала заняться работой. Она испугалась и расстроилась, вместо того, чтобы сделать свое дело.
Да, это звучит цинично, это звучит ужасно, но это – необходимость. Чтобы понимать. Чтобы разобраться в случившемся.
Лили сглотнула и внутри все скрутилось в тугой комок, стоило ей только подумать, как она отрезает в умерших палец или руку и кладет в свою сумку, чтобы потом в лаборатории ее изучать. Нет уж, если она и возьмет образец, если ее выкинет обратно в настоящее, то лишь прядь волос. Этого будет достаточно.
После этого решения стало чуточку полегче и Лили даже украдкой заглянула в окно, отлично, впрочем, зная, что там нет никаких трупов.
Волшебники были живы. Пока что.

Подпись автора

Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!

Рефлексировать и дальше было неподходящее место и время.
Лили дернулась, когда раздался голос мистера Эджертона и только крепче сжала волшебную палочку, чуть ее приподнимая. Не нужно быть гением, чтобы понять: их руководитель попал в большие неприятности. А теперь призывает их на помощь.
Ведь если бы мистер Эджертон не хотел, чтобы они с Марлин выходили, то он бы крикнул не их фамилии, а, например, «Поттер! Блэк!». Логично же, да? Тут бы они сразу смекнули, что нужно пока постоять в сторонке. А раз уж он назвал их настоящие имена – значит на то были веские причины.
Как же все-таки сложно выходить на задание с человеком, которого не знаешь толком! Вот с Марлин они давно знакомы, а мистер Эджертон… да что уж теперь!
Лили колебалась всего лишь мгновение. Остаться и ждать очередного временного броска, как она планировала, чтобы собрать необходимый материал? А если его не будет? Она может топтаться тут слишком долго.
А тем временем мистеру Эджертон явно нужна была помощь. Иначе бы он не стал сдавать их с Марлин местным. И без их помощи из нее не выберется.
Лили выдохнула и с досадой прицокнула языком. А затем оторвалась от стены и направилась на голос. В общем-то не трудно было догадаться где сейчас происходило самое интересное.
Она не спешила, не бежала и палочкой не размахивала. Шла спокойно и уверенно, думая о том, что конфликт, который явно возник по вине несдержанного невыразимца, нужно как-то улаживать.
Скорее всего конфликт произошел с мужчиной, но и женщина, судя по звукам, присоединилась к мужу.
Живые.
Они пока что живые.
Лили вышла на всеобщее обозрение (по пути она не заметила Марлин: то ли подруга все еще была под чарами, то ли находилась где-то в другом месте) и попыталась как можно спокойнее и дружелюбнее улыбнуться.
- Добрый день. Меня зовут Лили Эванс.
Взгляд скользнул на женщину на крыльце, а затем переметнулся на мужчину, который замер в дверях сарая. Видимо там, внутри находился и мистер Эджертон, которого, видимо, застукали за осмотром чужих вещей.
- Простите, что мы так вторгаемся: мне бы вовсе не хотелось беспокоить вас. И, мне кажется, произошло недоразумение. Давайте просто поговорим. Мистер Эджертон, вы выйдите к нам на улицу?
Еще один взгляд на мужчину, который выглядел очень уж недовольным.
- Пожалуйста, - эта просьба относилась к нему: чтобы он пропустил невыразимца на улицу.

Подпись автора

Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!

- Убью, заразы мелкие! - одними губами прошептал Эджертон, и на всякий случай, чтобы подоходчивей было, пока девчонки зубы заговаривали тому здоровяку, провел ребром ладони по шее для одной, а для другой средний палец показал.

Ну в самом деле, какое нахрен Мунго? Какой они там еще распад напридумывали? Обе сегодня же пойдут нахрен с этим планом, будь он хоть трижды гениальным! Да и другого, как назло, вот так вот просто не придумать. Ничего не скажешь, не повезет кому-то с мужем. Какой дурень женится на эдакой шельме, чтоспособна так ловко отмазки лепить?
А так-то, байка стажерок хоть и напрочь идиотская, но маскировку делает идеальную, здесь и не прикопаешься. Да и дипломатничать некогда - всю информацию надо узнавать у местных очень срочно, пока их снова не отшвырнуло и в дальние дали не закинуло.

И Эллджер, тяжело отдуваясь, медленно опустил пустые руки и вывалился из сарая на свет, состряпав на физиономии контуженное изумление с поместью внезапной и смутной догадки.
- Какая... МакКиннон?! Тьфу ты! Эванс! А вы чего тут?! А где... этот, как его... Протокол мой о задержании драконокрадов? Ах ты ж... Врач же говорил... галлюцинации аврората!

Пока что МакФасти опешил, его женушка подавно, это выигрывало время, но бежать как-то было бы слишком глупо, и никаких сподвижек им точно не принесет, а Эллджер, честно говоря, уже здесь немало подзадолбался. Вот и состряпал он виноватое и глубоко несчастное лицо контуженного ветерана, но все же, шагнул к нему, заслонив собою девчонок.

- Ты извини, мужик. Служба такая, даром для башки не проходит... Чуть где цепь вижу или клык - все, щелкает, будто опять на рейде. А вы обе две, чего меня не связали-то, я ж просил! Так что, хозяин, ты на больную голову особо не серчай, но вот ответь дураку, а то ж меня опять перекроет... Чего у вас тут с магией происходит? Я пока до твоего сарая шел - палочку из рук чуть не выбило. Сколько дней уже такое происходит? А главное - что с драконами творится?

- Ну как, что станется? А то же самое, что и от людей, - ответил Эллджер, напрочь позабыв о своей придурковатой, спасибо мелким, роли.
У них тут у всех мозги набекрень, интересно, съезжают, в порту этом?

- Да ладно гнать! То, что он снаружи висит и магглам глаза отводит - это все херня. Мы же здесь как-то оказались, ты не подумал, как? И ты нас в своем поселении не видел никогда, заметь.
Удрученный выдох - совсем такое никуда не годится. Пришлось наглядности ради ткнуть прямо мозолистым пальцем куда-то в сторону острова, прямо в глухую стену невидимого купола.

- Вот скажи мне, ты эту защиту лично лепил? Если скрывающие чары поверх старой наслоений наложить - куда магические выхлопы денутся? Оно же под землей и застрянет, и резонировать начнет, вот я и почуял. А что такое? Ты не знал? Так это любой дурак знает, а я вот дурак, и у меня справка из Мунго есть. Но ближе к делу. Если у вас магия внутри купола заперта, драконы рано или поздно почуют и взбрыкнут. Поэтому и спрашиваю, как они в последние дни себя ведут? Не заметил странностей? Летать не боятся? Жрут нормально?

Можно было бы и до фестральей пасхи его забалтывать, но у них, считай, времени толком и нет до предстоящего взрыва. А если он громыхнет, а они выбраться не смогут, что тогда? Вместе со всеми подыхать? Вот уж хрена лысого!

Шутка про связывание с помощью лассо удаётся, но шутить, наверное, стоило про кляп, которым можно заткнуть болтливый рот мистера Эджертона, чтобы он не усугублял ситуацию. Надо же, она и впрямь запомнила его имя! Потому что, кажется, тот вознамерился испортить то наспех построенное из дерьма и палок объяснение, что на месте сообразила Мак и сгладило настороженность хозяев при виде незваных гостей, выболтав кучу всего, чего не следовало. Невыразимец не то мстит ей, что психом выставила, не то решил перестать притворяться, потому что и впрямь псих и терять больше нечего. В конце концов, а что им терять? Они уже угодили в прошлое, они уже в него вмешались и продолжают вмешиваться с каждым последующим словом или действием — и разве это не та грань, где можно уже сказать, что хуже уже не будет, и будиэь что будет. Благо, Эванс старается как-то компенсировать напор и дерзость их коллеги своей вежливой рассудительностью, пытаясь направить разговор в более продуктивное приятное русло, пока эти милые, ни в чём не виноватые люди не начнут их снова в чём-то подозревать. И даже соглашается, что помощь с дорогой им не помешает, потому что Марлин от этого предложения впадает в ступор. С одной стороны, она ведь и сама хотела пойти к колодцу... А с другой — Мак всё ещё отчётливо помнит ту безлюдную пустоту, с которой столкнулось её заклинание до перехода в прошлое, пока искало выживших, но нашло только смерть. Нет ничего страшнее неизвестности, но в этой непонятной петле с прошлым однозначность кажется вдруг куда ужаснее, чем перспектива интерпретировать то множество возможностей, что скрыто во времени. И всё же, приходится согласится с Лили — с их-то легендой.

— Дядя может обойтись и без лассо, — кивает Марлин с улыбкой, — но лучше, когда есть запасной план.

Вот бы у них тоже был запасной план. Хотя, учитывая, что у них и основного-то нет, любые альтернативы уже какая-то роскошь.

— На всякий случай. Волшебные существа иногда довольно непредсказуемые создания, вам ли не знать. Келпи ещё ладно, они маленькие и без воды совершенно безобидны... А вот драконы, пф! — восклицает Мак, не понимая, что хочет выразить. Возможно, надежду на ту самую скрытую возможность. Или в очередной раз сгладить те резкости, которых опасно не жалеет в своей речи невыразимец. — То есть, мистер Эджертон на свой манер так хочет сказать, что барьер это же своего рода лассо. Но если его не будет... у вас ведь есть запасной вариант, чтобы справиться? Или спрятаться. Дело не только в магглах, вы ведь и сами на линии огня... Буквально.

Она замолкает, потому что каламбур совершенно неуместен. Но Марлин МакКиннон молодец, она удерживается и не разу не предъявляет за то, что барьер когда-то не существовал и рептилии МакФасти испокон веков спокойно шастали по Гебридам и тырили их гранианов с соседнего острова.

— Да... Так и в какой стороне колодец?

Отредактировано Marlene McKinnon (14.09.2026 21:31:07)

Подпись автора

Ангимаггловский барьер и чары, которые сдерживают драконов. Слишком мало, чтобы сдержать оружие магглов. Просто огромное количество металла и вот весь еще чего - Лили точно не знала из чего состоит это оружие. Знала, что оно безумно опасно, что способно уничтожать целые города, что порой могут быть неприятные последствия. Впрочем, с одиннадцати лет она жила в Хогвартсе, и поэтому ее знания про подобные вещи были несколько ограничены по сравнению с тем, что могло быть известно обыкновенным магглам.
А что будет, если судно в море попадет в шторм, а затем его волнами выкинет на берег вместе с людьми? Если их просто швырнет стихия на этот самый антимаггловский барьер? Ведь может произойти такая ситуация - отчего нет? Когда люди, обыкновенные, не имеющие никакого отношения к магии, будут подобны тряпичным куклам в руках безумной стихии?
- Спасибо, - несчастным голосом поблагодарила Лили Айвин и Эйдана. Ей захотелось было крикнуть им громко: "Бегите! Спасайтесь, прямо сейчас! Аппарируйте как можно дальше!". Но она промолчала, отвернулась и собираясь идти указанном направлении, чувствуя себя так, словно она только что лично подписала двоим невиновным смертный приговор.
И мало им было бед: в довесок ко всему Марлин встретила своих родственников. Лили тут же с тревогой посмотрела на подругу и вдруг - удар времени. Мир изменился и они вновь оказались в настоящем. Сером, мрачном - мертвом.
Лили резко отпустила руку мистера Эджертона и отступила от него на шаг.
- Они все умерли, - сообщила Эванс простую истину. Ту, которую они знали и так. Так что сказала она это вслух больше для Марлин, которая так рвалась сюда, что готова была пойти в одиночку. - Там, в доме, я видела тела на кровати. Они умерли, обнявшись...
Впрочем, это были неважные подробности.
Лили нахмурилась, на мгновение поджала губы.
- Нам здесь делать больше нечего. Собираем образцы, которые могут пригодиться, и уходим. Ведь если нас продолжит кидать из прошлого в будущее, то ничего хорошего из этого не выйдет: дождемся того, что нам на голову прилетит бомба. К тому мы..
Лили бросила на мистера Эджертона выразительный взгляд.
- ... достаточно уже наобщались с местными и порядком наследили в прошлом. Как вы вообще могли попасться! - последняя фраза вырвалась непроизвольно, но Эванс не особо об этом пожалела.

Подпись автора

Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!

— О, совершенно необязательно, не хотелось бы вас отвлекать. Нет, правда, мы бы справились, просто покажите, в какую сторону... — вежливо, но тщетно протестует Мак, хотя переживает она не за занятость хозяев, а за то, не будет ли это чревато ещё большими неприятностями. Они уже изменили изначальные события, обрушив парочку домино, напросившись под внезапное гостеприимство. Это вряд ли сильно ухудшит исход для жителей острова — в конце концов, на них их так упадёт бомба — то есть, она ведь уже упала — но не сделают ли они ситуацию хуже для себя, если встретятся ещё с кем-то? Что если они оборвут петлю или запустят цепочку действий, из-за которой их не отправят на это задание таким составом — что тогда? От этих мыслей каждый следующий шаг становится тяжелее предыдущего.

Марлин не успевает толком ни представить, какого это, переписать историю таким образом, чтобы исчезнуть самой, ни подготовиться к очередному вмешательству. Она знала, что дядя где-то поблизости, но надеялась, что не настолько и у неё будет время придумать ещё какое-нибудь объяснение, которое не разрушило бы легенду. Но в следующее мгновение это уже не имеет никакого значения. Время снова проглатывает их и выплёвывает в настоящем — и у неё снова сколько угодно времени, но ни малейшего понятия, насколько её дядя на этот раз далеко и что вообще происходит, раз их так туда-сюда швыряет.

Мак потерянно смотрит на точку, в которой Мэллиот только что был, и слова возникают сами собой. Эй, привет, знаю, ты, наверное, ждал, не меня, а Марвина, но он не смог прилететь, так что пришлось мне, он просил передать... — после чего она могла бы отдать упряжь...

Но Мэллиота там больше нет, и слова остаются несказанными, душащими, колющими, а тоненькая упряжь тяжелит ладонь, словно неподъёмная ноша. Марлин перехватывает верёвку, привязанную к Клуаран, и тянет, призывая кобылу к себе. Сейчас поддерживать расстояние нет нужды, но зов больше инстинктивный — хочется просто почувствовать что-то привычное рядом, чтобы побороть накатывающие эмоции и справиться с потрясением от мысли, что кто-то может быть, а потом разом перестать существовать вот так — в один миг.

Из-за ступора Мак даже не сразу осознаёт, что её спутники где-то в процессе очередной перепалки. Она неверяще выслушивает претензии мистера Эджертона о том, почему его записали в психи, а потом сам же выдаёт отборную чушь, которая противоречит всему же, что они видели.

— Даже не смейте оскорблять имя моего дяди таким гнусным предположением, мистер Эджертон! — обманчиво спокойным голосом говорит Марлин. — Сами глаза разуйте и вспомните, что мы видели! Когда мы пришли сюда, барьер стоял на месте повреждённый, но он там был по всему периметру. И нам пришлось проделывать в нём брешь, чтобы попасть внутрь. Вам не кажется, что если бы барьер кто-то снял до падения бомбы, нам бы не пришлось с ним в принципе возиться? Или, по-вашему, что, барьер сняли, что-то взорвали, чтобы освободить драконов, а затем кто-то воздвиг сломанный барьер для отвода глаз, чтобы всё свалить на магглов?

А потом ещё возмущается, что его в психи записали — а куда ещё, если у него там сплошные теории заговора в башке? Ещё и дядю её приплёл зачем-то.

— Слушайте, я не разбираюсь в маггловском оружии, но магглы на луну летать умеют, так что, наверное, могли изобрести и что-то, что способно проделать в ней дыру. — Она пожимает плечами. — Перед тем как нас снова унесло я использовала Гоменум Ревелио. Кроме нас, тогда живых в этой части острова не было... Но мы так или иначе успели вмешаться и, возможно, что-то изменили, так что... Гоменум Ревелио! — снова призывает Мак.

Подпись автора