Колба появилась на столе Росса ближе к полудню, вместе с четырьмя листами обширного заключения и короткой запиской, из которой следовало, что теперь всё это каким-то образом стало его проблемой. Сперва Росс подумал, что так называемые эксперты просто не хотели делать свою работу, но после изучения всех листов сопоставил факты, а они были неутешительны, ведь даже лучшие сотрудники не смогли определить ни состава, ни эффекта зелья, что сейчас каплями стекало по колбе, образуя внизу небольшую лужицу. Небольшой сосуд лежал внутри прозрачного защитного контейнера, имея на себе бумажную пломбу с гербом Министерства. Зеленоватый осадок, ради которого лаборатория потратила почти двое суток и в итоге пришла к выводу, сформулированному значительно длиннее, чем требовала его суть.

Росс перечитал последний абзац второй раз и отложил лист.

— И что я должен с этим сделать, скажите на милость?
— Разобраться, — маг, стоявший у соседнего стола, произнёс это с той простотой, с какой обычно отдавали задачи, которыми никто другой заниматься не хотел. — Дело у тебя на закрытии, это уже не оперативные дела.

Самого происшествия Юджин не видел. Два дня назад сотрудники отдела выезжали в жилой дом в Лондоне после неконтролируемого магического выброса: хозяина квартиры нашли без сознания, часть мебели была разбита, окно вообще вынесло во двор. Пострадавшего отправили в Мунго, помещение проверили, ущерб зафиксировали, а среди вещей у стола нашли эту колбу и по инструкции передали на анализ зельеварам Министерства. В обычное время на этом участие Росса и закончилось бы несколькими строками в итоговом отчёте и сложенной в архив папкой, опечатанной и классифицированной по его личной методике. Но обычных времён, кажется, больше не существовало. Людей не хватало повсюду, сотрудников дёргали между задачами, и отдел всё чаще решал вопросы, которые формально относились к кому-нибудь ещё. Росс и сам порой выезжал в поле, когда больше было некому, хотя оперативником никогда себя не считал и становиться им не собирался от слова "совсем". Куда привычнее было получить последствия чужого выезда уже здесь, в виде актов, журналов и папки, которую следовало привести к состоянию, пригодному для архива.

— Наши зельевары советует получить внешнюю консультацию, — продолжил коллега по отелу и положил перед ним небольшую карточку. — Но в Косом тебе врядли помогут. Тут нужен специалист с хорошим навыкам в ядах и зельях. — Росс получил от коллеги карточку, внизу от руки было приписано: «Яды и отравы Шайверетча».

— Название располагает к доверию, — Росс поднял глаза и изобразил подобие улыбки.
— Зато они знают редкие составы.
— И я что, должен просто ходить с неизвестным веществом по лавкам и уточнять, не могут ли они определить его состав?

Вместо ответа, коллега указал на защитный кейс, где покоилась колба, подталкивая Росс к мысли, что при перемещении улики о безопасности тоже придется заботиться именно Юджину. К середине дня две первые попытки не дали почти ничего. В одной аптеке ему повторили название компонента, уже указанного на первой странице заключения. Во второй долго разглядывали осадок, после чего молодой зельевар уверенно заявил лишь, что смесь не похожа ни на один стандартный рецепт. которым они занимаются, а навыка определить состав у него нет.

Лавку "Яды и отравы Шайверетча" Росс нашёл не сразу. Узкая вывеска терялась между соседними витринами, а за тяжёлой дверью его встретила смесь запахов трав, спирта, влажной земли и чего-то настолько резкого, что хотелось задержать дыхание или выбежать в ту же секунду. Внутри было прохладно, полутемно и заставлено банками до самого потолка.

Юджин подошёл к прилавку, поставил на него защитный контейнер, рядом положил заключение, что предварительно стянул бумажной биркой поперек и бегло оглядел помещение.

— Доброго дня, есть тут кто-то? У меня вопрос о составе вещества.

Отредактировано Eugene Ross (Вчера 21:56:29)

Подпись автора

…дай мне прочесть истину в твоей душе…