Надвигалось Рождество - самое суетливое время, время, когда разговоры сводятся к подаркам. Кому подарить, что подарить и что же приготовят заботливые родители. Самые умные уже приготовили подарки и просто поддерживали этот праздничный ажиотаж. Одним из таких умных был Джеймс Поттер, который лениво наблюдал за суматохой однокурсников. Ему было определённо скучно, Сириус снова где-то пропадал. Наверно снова развлекается с Марлин, - подумал Джеймс, крутя в руках снитч. Ему нравилось развлекаться с этой штукой, хотя многие считали это хвастовством, ведь сам студент был охотником, а не ловцом. И тут глаза Поттера выловили блеск значка на мантии какого-то парня. Надпись золотыми буквами поперёк алого цвета "Head Boy" привлекала внимание. Ого, школы! – Поттер задумался об обязанностях старост школы, скорей об их правах. Это может быть интересно. Подходило время отбоя, и была чудесная возможность походить по коридорам Хогвартса. К тому же делать это открыто без мантии-невидимки. Бродяга будет поражен, когда узнает, - подумал Джеймс.

Он весь подобрался, спрятал снитч в карман, чтобы не привлекать излишнее внимание. С грацией пумы он стал подбираться к нужной ему мантии. В толкучке вряд ли кто-то обратит внимание на отсутствие мантии. Хотя значок было бы предпочтительней, но Джеймс понимал, что даже с его ловкостью значок снять проблематичней. К тому же он слышал, что некоторые ученики накладывали на них защитные чары. Мне нужна мантия, - подумал шестикурсник. И вот подобравшись к нужной мантии, он стал аккуратно её к себе подтягивать, пока истинный хозяин занимался упаковкой подарков. И наконец, ткань мантии оказалась в его руках, Джеймс осторожно скрутил её и понёс вон из гостиной. Следует её хорошенько спрятать. Он увидел большим распахнутые глаза девчушки-первокурсницы, которая все видела. Какого галеона..? - пронеслось в голове. Джеймс успокоился. Приложил палец к губам "шшш…" и улыбнулся, озорно подмигнув. Девчушка вспыхнула обжигающим румянцем и слабо кивнула. Поттер усмехнулся про себя, а на деле послал ей воздушный поцелуй. После чего выскользнул через портрет Полной Дамы.

Когда начался патруль школьных старост Джеймс надела мантию и осмотрелся. Значок блестел как надо, правда рукава мантии были коротковаты и на широкой груди мантия не застегивалась. Так и знал, что в старост назначают только коротышек. Всё изменится, когда я стану старостой.- Джеймс даже не сомневался, что его выберут старостой в следующем году. Выпрямившись и засунув одну руку в карман, Джеймс Поттер важно пошел по коридору. Главное, чтобы меня не заметили школьные преподаватели, а то тогда затея значительно сократится. Особенно не стоило попадаться на глаза МакГонагалл будучи деканом факультета могла и баллы отнять, даже не посмотрит на приближения праздника. Пускай Минерва МакГонагалл была строгой, Джеймс все равно очень сильно её уважал и не хотел столь явно нарушать правила. Ну, почти не хотел.

В коридоре было пустынно только шаги и горящие палочки. Хотя в коридорах было определенно светлее. Мы обычно позднее выбираемся, - подумал гриффиндорец, минуя очередной поворот. И тут Джеймс услышал шаги за своей спиной и резко обернулся. Он не боялся кого-то или чего-то, но шаги за спиной после отбоя не несли обычный характер. В свете палочки сверкнули зелёные глаза и рыжие волосы. Мерлинов кривой нос! - подумал Джеймс. Он совсем забыл, что Лили Эванс тоже староста, верней она-то староста, а вот Поттер - нет.

- Лили, - выпалил Джеймс, попадая в плен её красоты. – Какая радость, что мы встретились! - он прижал руку к значку, чтобы она не поймала его на горяченьком. – Что ты здесь делаешь?

Если ты попался, то главное правила делай вид, что все идет по плану. Ведь никто не знает, какой дурацкий план ты мог придумать. Джеймс Поттер не терял присутствие духа.

Наверно радость от встречи была преждевременной, потому что девушка вдруг вся подобралась и даже слегка нахмурила брови. Джеймса не напугать этой псевдострогой маской лица, он сможет все это стереть. На фразу про прогулки так поздно Джеймс огляделся, словно только сейчас заметил, что уже довольно поздно. Большинство портретов уже спали, уронив головы на грудь, а некоторые даже похрапывали, беспокоя соседей.

- Я не гуляю, а патрулирую, - безмятежно отозвался Джеймс. Его голос в пустом коридоре прогремел, как выстрел и разнесся эхом. Где-то вдалеке пролетел Пивз, минуя, однако их уединенный момент. Следом вполне мог, появился Филч, но сегодня он видимо решил не выслеживать этого бестолкового полтергейста.

- Если я не вернусь, что ты мне сделаешь Эванс? Накажешь? Только вот есть один нюанс, - в лучших традициях шкатулки с сюрпризом Джеймс медленно отнял ладонь, показывая значок старосты школы, – ты не можешь меня наказать, а я тебя могу, - он легонько ткнул пальцем в значок девушки. И то было чистой правдой, так как старосты школы были чуть выше обычных старост, они были незаменимыми помощниками администрации школы. – Видишь ли, моё назначение не дошло до меня летом, что-то там намагичили, - Джеймс неопределенно помахал рукой в воздухе, - и сейчас разобрались и вот я исполняю своим обязанности перед школой. – Поттер горделиво выпятил грудь, на которой горел значок старосты школы.

Он хотел, чтобы Лили поверила ему или хотя бы сделала вид, тогда он бы мог предложить ей свою компанию. Они были, проверили все тайные уголки школы, куда обычно боятся соваться поодиночке, он бы рассказал ей пару смешных историй, она бы точно растаяла. Потом бы позволила проводить себя до факультета, и возможно в знак благодарности поцеловала в щёку. Джеймс буквально видел эту картинку, что его рот невольно растянулся в блаженной улыбке. Ведь он рассказал вполне обыденную историю, хотя такого еще не случалось. Но он, же Джеймс Поттер с ним никогда не бывает все просто и обычно, он исключительный мальчик, с исключительными способностями и привилегиями.

- Кстати, я вот хотел у тебя спросить, что ты ответила на последний вопрос в сегодняшнем тесте по Трансфигурации? – льстиво спросил Джеймс. Во-первых, он прекрасно знал какой там правильный ответ, во-вторых, он совершенно точно был уверен, что ответил верно, в-третьих, ему просто необходимо было увести мысли Эванс от опасной темы. Чем меньше она будет смотреть на его значок, чем больше она будет думать о чём-то другом, тем больше шансов избежать проблем. Ведь её факультет тоже Гриффиндор там все немного пренебрегают правилами, - усмехнулся Джеймс. Вроде даже сам профессор Дамблдор говорил ему что-то подобное, а может ему приснилось, что в принципе равносильно же.

Почему-то нахальство или просто магическое обворожение привычно называют удачей? Сейчас Джеймсу явно сказочно везло, хотя так как он не верил в сказки, но прекрасно разбирался в магии, то списывал на зелье. В голове стало легко, когда девушка отвлеклась от детективности происходящего момента. Словно Феликса глотнул, - усмехнулся Джеймс, пытаясь вспомнить, когда данное вещество могло на него пролиться. Наверно в детстве, - заключил шестикурсник и самопровозглашенный староста школы. Напугать же его Филчем прямо сейчас, было так же смешно, как пугать его сказками про злых и кровожадных оборотней. Он прекрасно знал, что эти создания любят читать книжки в тени деревьев у озера.

- Если ты прямо сейчас побежишь, хм… - Джеймс прикинул, куда мог в спешке умчаться Пивз, чтобы в случае стычки с Фильчем позвать полтергейста на подмогу. – На пятый этаж, то есть возможность, что вы столкнётесь с Филчем. Побежишь? – усмехнулся Джеймс. – Сейчас Пивз умчался на пятый этаж, а Филч следует за ним по пятам, - наобум придумал историю Поттер. Интересно насколько она далека от реальности, учитывая положение вещей. – Если ты, конечно, считаешь, что проверка моей старостпригодности настолько важна.

Но Лили видимо решила, что спросить сейчас на ночь, глядя, совсем не интересно. Да и честно говоря, Джеймс был с ней полностью согласен. Гораздо интересней просто гулять по школе под светом луны и обсуждать что-то высокое, например трансфигурацию… Хотя зная проделки друзей данная тема могла натолкнуть Эванс на не самые оптимистичные мысли. К тому же мародеры во главе с Джеймсом тщательно скрывали свои тайны, даже от очаровательных гриффиндрок.

Предложение посмотреть какие-то маршруты патрулирования удивили Поттера. Он даже слегка покраснел, с удивлением глядя на однокурсницу. Может, конечно, он и мечтал оказаться с ней наедине вдалеке от пытливых глаз. Но подобного напора от неё он не ожидал.

- Эванс, - Джеймс аж поперхнулся на мгновение, - ты, что хочешь увести меня в темный уголок и сделать непристойности, - Джеймс сделал вид, что дрожит, только было непонятно от страха или желания. На самом деле свою неуверенность он скрыл за шуткой, чтобы она не заметила его искреннего замешательства. Он поспешил за ней, а она уже обсуждала Трансфигурацию. Однако шестнадцатилетнему волшебнику это было уже не так интересно, как конечная точка их маршрута. Только вот как любой ученик, который обладал незаурядными знаниями, Джеймс все-таки решил порассуждать. Ведь не смотря на очень красивую внешность Лили была ещё и очень умной, поэтому поспорить в магическом плане с ней было так же интересно. Хотя целоваться с тобой было бы наверняка в сто раз приятней, - подумал Джеймс, когда повернулся и случайно зацепился за губы Лили взглядом. Пока только взглядом.

- Подожди, позволь с тобой не согласиться. Нет, на вопрос ты, конечно, ответила правильно, но. Самое опасное - это не потеря своего сознания, так как потеря происходит только при принудительной трансфигурации. При остальном он сохраняется и человеческий разум, и даже магическое начало, единственное маг просто ограничен в действиях. Самое опасное - это промежуточное состояние. Когда ты на одну половину человек, а на другую - предмет или животное. Про кентавров я молчу, - успел добавить Поттер. Он не хотел бы, чтобы на него подали жалобу за дискриминацию прав кентавров. – Как думаешь, если бы ты захотела стать анимагом, какой была бы твоя сущность? – вдруг спросил Джеймс. Он представил, что они могли бы вместе бегать в запретном лесу в образе грациозных животных. Конечно, как олень Джеймс не особо грациозен, особенно по первости, когда любое дерево было потенциально опасно. Он уже и не вспомнит, сколько деревьев он переломал своими рогами. Однако ночное свидание все же будоражило его юный организм. Нет, сначала надо пригласить Лили на обычное человеческое свидание, а уже потом делать сюрпризы. Хотя все предыдущие предложения Лили с легкостью игнорировала. Пока Поттер взял легкий таймаут как бы мариновал "свою" девушку, а уже потом он пригласить и будет ждать положительного ответа. Хотя он все присматривал, чтобы кто-то прямо сейчас не пригласил Лили на свидание. Только вот он не учел, что практически всей школе было известно, что он положил на неё глаз. Только вот не всем это могло помешать.

Все-таки Лили не поверила Поттеру и считала, что его значок — это не достижение, а банальное воровство. Но молчала и в слух этого не говорила, за что он был благодарен, потому что так оставалась какая-то тайна. Джеймс не хотел прослыть вором, это просто была его очередная шалость, к которым все привыкли. Именно они придумывали день наоборот, когда мантии все надевали задом наперёд, когда все говорили только стихотворно, и это только факультета Гриффиндора и всё. Все были довольны, всем нравилось, кроме преподавателей. Сейчас он просто одолжил мантию, чтобы прогуляться и понять, насколько ему нравится быть старостой. Встреча же с Лили была счастливой случайностью, или везением, это как посмотреть.

- Конечно, сам, когда было иначе? – Поттер усмехнулся, отдавая легкую честь девушке. Он знал как его "обожает" мистер Филч, который будет рад уличить его в нарушении школьных правил. О, его лицо будет светиться ярче фонарика. Джеймс в его сознании стоял на одной полке с Пивзом и причинял аналогичные проблемы. Но все равно студент его не боялся, ему нравилось ускользать прямо перед носом завхоза, используя тайный проход. А ведь они с Сириусом и другими облазили все тайники, пока создавали карту. Поэтому Джеймс понимал, в случае облавы, он сделает все, чтобы он не попался в загребущие руки Филча и Лили бы не сильно пострадала.

Про непристойности, однако думал лишь один шестнадцатилетний парень, в то время как девушка, блюла чистоту не только действий, но видимо и мыслей. Джеймсу такой подход не очень нравился. Но он не терял надежду, что не только он может поменяться для Лили, но и она изменится для него. А может просто молодость возьмёт своё и гормоны пойдут танцевать джигу в организме гриффиндорки. Сейчас видимо было не время и не место, поэтому он довольствовался лишь красивым закатыванием глаз и вздохом а ля "ты дурак, Поттер!".

Они шли в уютном молчании, нарушать его не хотелось. Есть люди, с которым даже молчать приятно, с такими ты даже в разведку пойдешь. Вроде как-то так говорят магглы, - Джеймс искоса взглянул на рыжеволосую красавицу, но уточнять не стал. Она выглядела красиво в легком полумраке, на фоне всех этих стен с их картинами и гобеленами. Она создана для это мира, – подумал он с легкой улыбкой.

- Разве? – глубокая морщинка прорезала лоб шестикурсника, неужели, он прочитал не совсем внимательно. В задумчивости Джеймс не заметил, как достал волшебную палочку и стал неосознанно крутить её в пальцах. У него была некая потребность что-то делать руками, как ловля снитча. – А? Что? – парень отвлекся от своих мыслей. Ему было интересно послушать про анимагию. Порой ему так хотелось, чтобы о его таланте узнали, но это была не только его тайна, а всех его друзей. И самое главное он бы своим откровением подставил Люпина под удар. – Да, я думаю это было бы не очень удобно, превратиться, например в червя на уроке по зельям. Тогда можно было бы стать составляющим компонентом.

Поттер слушал, как Лили рассуждала про животных и кем бы она хотела стать. Она скорей думала не о своих качествах и внутренних струнах души, а о том, что было бы практично. Это вызвало искреннюю улыбку у Джеймса. Когда они с мародёрами тренировались в их мыслях был образ чего-то достаточно большого. А надо было думать про внутренние качества, таланты и факторы влияния.

- Может не лиса, а скажем лань? Красиво и грациозно, тонкая, звонкая, как ты. Я, - Джеймс ни минуты не думал, - стал бы оленем. Высоким, сильным, - описал он, - парнокопытным, - и рассмеялся, ероша волосы. Поттер знал кто его внутренний тотем, но понимал, что слишком серьёзное и подробное описание может дать Лили нежелательное направление для размышлений. Они с Северусом уже ошиблись.