Помона уже готова была выставить время, которое ей казалось логически правильным, но Грег буквально ее оборвал на полудействие, когда она едва не дотянулась до минутной стрелки брякнув:
— Нет, Помона, не то!
Спустя секунду он проговорил: — Ты не поняла суть! Подумай еще раз, ну же!
- Да ладно!? - слегка возмущенно произнесла девчушка, пытаясь понять где она ошиблась и что упустила.
Помона решая загадку действовала чисто логически. Ее решение было верным, но ее немножечко унесло вглубь, как говориться в точность  математического решения. Она напрочь исключила 1 и 0, зациклившись на 9 девять и 4.
Сначала словам Финиса Помона не придала никакого значения. Она слишком ушла в свои рассуждения и ее занесло в конечном итоге...
Но когда мальчишки заговорили про рыбий жир и Финис кстати он нем упомянул, и кажется сказала если она правильно его поняла про обед и сказал про цифру 30, но тогда Помона не придала особое значение данному факту, а на до было. Затем она Вспомнила сама как мама и ей его давала, но это было не после обеда, а утром.
Грег тоже упомянул про рыбий жир и барсучий Помона скривилась, словно почувствовала во рту эту гадость.
- Фи-ииии... - тихо пробормотала себе под нос.
Но как там ни было раз им дали возможность еще одной  подсказкой надо ей воспользоваться.
- Обед говорите? Ну значит тогда входит что надо выставить время 13:30 или 14:30? Другое время просто чисто логически исключается. Я первый раз выставила время 8:30. Мака как раз в это время после завтрака и двала мне рыбий жир. Потом на кухне я выставила время 6:40, так я с Эльзой познакомилась.    - протараторила Помона смотря на Финиса и призрачного Грега.
Она только сейчас смогла его разглядеть внимательно. Помона улыбнулась переведя взгляд четко на Грега, заметив что его призрачные волосы взлохмачены словно он только, что проснулся или откуда-то вылез и ещё не успел расчесаться.
Помона задумчиво посмотрела на Грега и спросила:
- Так какое время выставить 13:30 или 14:30?

Клетка № 55

Отредактировано Pomona Sprout (2026-01-15 03:19:36)

Малкольм следовал за диалогом про призраков в саду. «Позовёшь их с нами поиграть?» — хороший ход. Не напугать, не заставить, а вовлечь.
— Часы..., — оборачиваясь, говорит Николь, — это как часть механики места, без которой не выбраться отсюда. Нужно выставить нужное время на каждых часах. — Покрутил головой, хотелось верить что так, но с другой стороны, может так быстрее будет, чем биться головой об стену в поисках другого выхода. — Насчёт того, «как мы выставляли время в прошлый раз»… — Он полез в карман своих детских штанишек и достал перерисованный шифр на клочке обоев. Развернул и показал Николь. — Оригинал висел почти у входа. Шифр из букв и цифр. Я думал, он для всех часов общий, что нужно составить кодовое слово… — Он покачал головой, его взгляд скользнул к Рози. Поэтому не все так однозначно и просто. — Но, как выяснилось, я был не прав.
После Рози предложила свою игру. Облако поднятой Никой пыли, медленное и неумолимое, добралось до его носа. Щекотка в ноздрях нарастала стремительно, предательски. Он отчаянно сморщился, зажмурился, вжал голову в плечи, пытаясь подавить спазм. Не вышло.
Чих получился глухим, удушливым — он в последний миг зажал нос и рот ладонью, превратив звук во внутренний хлопок. Воздух, не найдя выхода, рванул внутрь, с болезненным давлением ударив в уши. На секунду мир погрузился в гулкую, оглушающую вату.
Выдохнув, он медленно открыл глаза и тут же перевёл взгляд на дорожки лабиринта. Внутренний мальчишка уже водил взглядом отыскивая путь. Малкольм быстро нашел логику «труб»: «Ага, так-так сюда, а потом сюда…ай нет. А, понял!».

Отредактировано Malcolm McGonagall (2026-01-14 22:04:39)

Подпись автора

Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart

Выставив на часах время 13:30.
Помона огляделась.
Тишина...
С одной  было хорошо, что была тишина, но с другой стороны эта зловещая тишина и пугала.
Вот бы и дальше ситуация оставалась таковой. Нам только тихонько пройти дальше и желательно без шума. - мелькнуло в голове у Помоны.
Финис, помог ей спуститься как истинный джентельмен. Она улыбнулась ему и проговорила:
- Спасибо. ну что идем дальше?
Они отгадали букву «е», так сказал Грег, но еще он сказал, что им помогала Рози. Но это было неправда, им никто не помогал. Упоминая Рози он был явно недоволен и даше фыркнул, говоря про нее...
Возможно Помоне это могло показаться, она сама посмотрела на него с недовольством.
- Вообще-то Рози нам не помогала. Ее тут с нами не было. Ты что-то путаешь Грег. Понимаю вам страшно, жутко. Вы остались в том моменте когда вы шалили прятались от няни, погибли потому что пришла война. Няня видимо вас пыталась защитить и оберегала как могла. Не смогла вас спасти. Просто не успела. Мне очень жаль. - проговорила, почти шепотом слегка всхлипнув, поняв что на глазах  опять начали накатывать слезы, от невыносимой грусти, жалости и жестокости людей, в которой одни пошли  на других с войной, прижимая мишку своего помощника к груди еще сильнее чем раньше, словно это игрушка была ее собственной, а не чьей-то другой...
Мерлин, прости , что за бред я несу ... - мелькнуло в голове у девчушки.
- Две буквы говоришь, попробуем отгадать. Где еще часы у вас? - добавила несколько секунд спустя.

[newDiceMulti=1d6:3:Иду дальше по коридору]

Клетка № 55 => клетка № ... 59

Отредактировано Pomona Sprout (2026-01-17 17:08:32)

— На самом деле, — вмешался Финис, будто свалившийся на голову камень, — Рози помогла мне, — спонтанная улыбка, за которой скрывалась неловкость: подсознательно мальчик ощущал недовольство Грега, но не желал ему что-либо показывать. Ещё придумает штрафное задание! Заправь все простыни приюта или собери из побелки потолок. Ботинки мага как раз шагали по кусочкам, некогда упавшим сверху. Но… но мы здесь для того, чтобы победить в игре. Тогда загадка приюта станет... станет… кхм… разгаданной! Едва не позабыв, зачем волшебники пришли сюда, Сэпворфи опередил профессора Спраут, чтобы остановиться на «перепутье».

— Вот именно, как мы узнаем, какие часы уже «покрутили»? — всколыхнув примявшиеся пряди, поддержал гриффиндорец и невольно задумался. — Впереди раз, два, три, четыре… четыре двери, — взгляд парнишки пытливо изучил каждую. — Грымза скоро снова появится: не мог бы ты дать нам подсказку? — наученные пальцы показали сироте монетку. Тот самый кнат, что ранее помог договориться с Рози.

— Предлагаю сыграть в одну маленькую игру, — соблазнительно блеснув зубами, произнёс волшебник, а затем игриво поманил им призрачного спутника.   
ㅤ

Клетка №55 => клетка №64

[newDiceMulti=1d6:3:Я за тобою следую тенью...]

Отредактировано Hieronim Pyrites (2026-01-17 20:37:43)

Подпись автора

Аватар от нашей Лапочки ❤️

Тишина после её слов повисает в воздухе густая и значимая. Но Ника видит, как призрачные дети, пусть и не сразу, смягчаются, как тяжёлая складка между бровей Тома чуть разглаживается. И это хорошо. Это тоже своего рода победа, крошечная и хрупкая.
Но пока её губы растягиваются в ободряющей улыбке, а она идет к шкафу за коробкой с игрой, внутри всё иначе. Там, под рёбрами, где-то в самой глубине, сидит знакомое, холодное чувство. Не страх. Не боль. Нечто вроде… стыда. Ирония давит и ощущается комом в горле, который так сразу не проглотить.
Она только что говорила им о шрамах. О своих маленьких, нелепых отметинах, за каждой из которых стояла живая история, пусть и с кровью и синяками. «Они делают нас — нами», — так она сказала, и это была правда. Но не вся.
Потому что самые страшные шрамы — не те, что видишь в зеркале. Не белые линии на затылке или тонкие ниточки на локте. Самые глубокие рубцы не оставляют следов на коже. Они остаются внутри, невидимые, но от этого не менее реальные. Они не болят при прикосновении, но ноют тихой, постоянной болью, когда вокруг становится слишком тихо. Они напоминают не о падении с дерева или о застрявшем гвозде, а о том, как что-то внутри сломалось. Как доверие к собственному телу, к своей силе, к этой самой способности «выжить» дало трещину.
После событий Чемпионата она оправилась — чисто формально. Кости срослись, раны затянулись, медленное колесо бюрократической машины — больничные, отпуск, отчёты — провезло её через все необходимые процедуры. Все смотрели на неё с ожиданием: ну вот, всё позади, можно снова встать в строй. «Ты же Пилливикл», — словно говорили их взгляды. — «Ты справишься».
И глядя на себя в зеркало — привычные улыбка и взгляд — Николь и сама почти верит, что так оно и есть. Пока не остаётся одна. Пока в тишине не всплывает обрывочное воспоминание — не картинка, а ощущение: тугой, не поддающийся контролю энергетический поток, всепоглощающая беспомощность, удар, темнота. Пока она не ловит себя на том, что прежде чем сделать что-то, что требует реальных усилий, на долю секунды замирает, мысленно проверяя, а выдержит ли.
Это и есть её шрам. Невидимый. Неосязаемый. Шрам не на теле, а где-то глубже. На той самой отчаянной, гриффиндорской уверенности, что можно броситься напролом, бросить вызов любой превосходящей силе — и выйти победителем. И теперь где-то в глубине сидит крошечный, но цепкий червячок сомнения: «А если не получится? А если сломаешься? А если на этот раз не повезёт?».
Целители обозначили конкретный срок для реабилитации тела, но никто — ни начальство, ни коллеги, ни она сама — не знал, сколько нужно времени, чтобы зажила эта трещина. Чтобы снова почувствовать не просто возможность двигаться, а ту самую яростную, безрассудную жизнь, что бурлила в ней раньше. Чтобы желание «бросить вызов» рождалось не из долга или привычки, а из той самой, прежней, неистребимой внутренней силы.
Открыв шкафчик, Николь засовывает в его нутро руку, нащупывает пальцами ребро коробки. И Нике кажется, что даже пыль здесь пахнет стариной и забытыми играми. И это хороший запах. Простой.
— Давайте! — её голос звучит громко и бодро, вытесняя внутреннюю рефлексию наружу, в действие. Николь достает коробку, и её лицо озаряет широкая, почти беспечная улыбка. Искренняя? Отчасти. Но ещё и защитная. Ведь если вести себя так, как будто всё в порядке, рано или поздно так оно и станет. Наверное.
Опустившись на ковре на колени, Николь расстилает поле и передает одну фишку, деревянную и теплую от времени, Малкольму.
— Договорились: Соффи и я — с Николь будем в одной команде. Ой, а зеленый такой прикольный, — девочка тыкает пальцем в одну из монструозных мордочек, а потом поднимает взгляд на Малкольма. — Можно он будет наш?
Игра — это простой мир с понятными правилами, и здесь нет места сомнениям. Только кубик, только удача, только смех (пусть и тихий) и азарт в глазах призрачных детей.
— Ита-а-а-ак, героическая битва начинается! — объявляет она и встряхивает в ладонях три кубика, а потом машет девочкам, чтобы садились ближе.
Достав из горсти один кубик, она катает его в пальцах.
— Первый бросок за Николь! — Мгновение, и кость с сухим стуком несколько раз ударяется по картонному полю. — Ого, шесть! — Маленькая ведьмочка широко улыбается, когда оборачивается к призрачной тезке. — Да ты везучая!
Второй (за Соффи) и третий (уже за саму себя) кубики показывают скромные тройки. Ника на мгновение прикусывает губу, делая вид, что расстроена.
— Ой, простите, девчонки, это так… — но затем её взгляд скользит от одной тройки к другой, и на губах расплывается хитрая, озорная улыбка. Она поднимает глаза на Малкольма, а потом оглядывается на девочек из своей команды. — Хотя, знаете что? Вместе с Соффи у нас тоже вышла шестерка! Три плюс три же. Так что всё равно очень удачно вышло.
Сдвинув фишку своей команды, Николь передает Малкольму три кубика.
— Ваш ход.

[newDiceMulti=1d8+1d8+1d8:0:]

Малкольм поймал брошенные ему кубики. Их грани были стёрты от времени. На мгновение его взгляд задержался на Николь. Его пальцы сомкнулись вокруг кубиков. Движение было не детски-резким. Первый кубик — за Тома. Малкольм перед броском мельком посмотрел на мальчика. «Шрамы — это следы прошлых бросков судьбы. Давай посмотрим на новый.»
Кость, ударившись о картон, покатилась и встала на грань «три». Нейтрально.
— Три, — отчеканил Малкольм без эмоций, сдвигая фишку.
Второй кубик — за Рози. Бросок был экономичным. Кубик щёлкнул по полу — «два». Малкольм даже не посмотрел на Рози, почему-то ему и так казалось, что она скривится от таких «грандиозных» значений. Мальчишка лишь отметил про себя, словно оправдываясь: «Среднее падает.»
Третий кубик — его собственный. Он задержал его в ладони на долю секунды. Не для удачи, а для сосредоточения. Короткий, чёткий бросок. Кость завертелась, замедлилась и легла чёткой четвёркой вверх.
— Три, два, четыре. Итого девять. — Малкольм не моргнул. Никакого разочарования. Желтая фишка двинулась вперёд, но заметно меньше, чем зелёная. Он перевёл взгляд с поля на Николь, улыбнувшись. Он хоть и был в теле ребенка, но начальная невыгодная позиция его не разочаровывала. — Продолжаем, — сказал он тихо, передавая ей кубики обратно.

[newDiceMulti=1d8+1d8+1d8:0:]

Отредактировано Malcolm McGonagall (2026-01-20 22:00:08)

Подпись автора

Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart

— Вырываемся и не собираемся сбавлять темп! — Ника тут же подхватывает энтузиазм Соффи, и её глаза блестят в полумраке комнаты от азарта, почти настоящего, почти забытого за последние месяцы бумажной рутины и внутренних сомнений. Здесь и сейчас, с этими призрачными детьми, это чувство возвращается к ней, простое и чистое.
Она снова встряхивает кубики в сомкнутых ладонях, почувствовав их лёгкий, знакомый стук. Мир сужается до картонного поля, до зелёной монструозной мордочки их фишки, до заинтересованных взглядов Соффи и призрачной Николь.
— Бросок за Нику! — объявляет она и выпускает первый кубик. Тот катится, подпрыгивает на складке поля и замирает, показав двойку. Ника кривится, но тут же машет рукой. — Ничего, это просто разведка! Главное — не сбиться с пути.
Второй кубик, за Соффи, выпадает пятёркой, и Ника широко улыбается девочке: — Вот это да!
И третий кубик, её собственный, с упрямством невезучего ученика показывает единицу. Ника застывает на секунду, глядя на эту злосчастную точку, а потом фыркает — не раздражённо, а с какой-то обречённой веселостью.
— Ну конечно, — вздыхает она, постучав костяшкой по картону. — Но раз не везет в играх, так повезёт где-то еще. — И передвигает фишку на восемь клеток вперёд, после чего передаёт все кости Малкольму. — Ваш ход, джентльмены и леди.

[newDiceMulti=1d8+1d8+1d8:0:Кубики катятся, катятся, катятся!]

Малкольм поймал кубики. Лёгкий стук костей о его ладонь был чётким, настоящим. В воздухе висело ожидание — Соффи ещё не разжала рук, сложенных от аплодисментов, а призрачная Николь смотрела на фишку с блеском в уцелевшем глазу. Рози нависала над его плечом, словно гипнотизируя кубики взглядом. Она оказалась более игривой и вовлеченной, чем он ожидал.

Совет «просто бросай» засел в голове. Это было иррационально. Кубикам плевать на твоё отношение к ним. И всё же… Малкольм видел, как Том вцепился взглядом в поле, будто от исхода этой глупой игры зависела его вечность. Видел, как Николь — его Николь — на секунду забыла про всё на свете, кроме складки на картоне и злосчастной единицы, и фыркнула так по-настоящему, что у МакГонагалла невольно дрогнул уголок губ. Казалось бы, парадокс: в этой каменной ловушке, где стены помнили только крики и плач, сейчас бушевала самая настоящая игра всепоглощающего азарта со стороны всех находившихся в комнате, но с поправкой на то, чтобы не «вызвать» няню своими действиями. 

Ладно, — мысленно капитулировал он перед ситуацией.

Малкольм не стал встряхивать кубики с обычной методичностью. Вместо этого он прикрыл их ладонями, встряхнул раз, резко — так, как это, наверное, делал бы настоящий восьмилетний мальчишка, отчаянно надеющийся на успех. Кубики застучали, как крошечные барабаны.

— О, а работает! — имея в виду ее совет, сказал он Рози. Конечно результаты быль не блестящие, но уже лучше, чем было. —  Всего одиннадцать очков, — объявил он, и в его тоне впервые за эту игру прозвучал отзвук того самого азарта, которым была заряжена комната. Он посмотрел на свою команду — на Тома на Рози. А после передал кубики обратно Николь.

[newDiceMulti=1d8+1d8+1d8:0:]

Отредактировано Malcolm McGonagall (2026-01-24 21:03:17)

Подпись автора

Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart

- Ух, ты! Получилось! Одна победа! - обрадовалась Помона своему успеху. Но на этом игра еще не закончилась.
Нужно одержать две победы и тогда можно пойти дальше, и тогда мы либо узнаем время на часах либо,  где еще часы есть? - подумала девчушка, когда Грег объявил, что у нее одна победа, а нужно две.  Призрачный мальчуган предложил сыграть с ним еще раз Финису.
В  ответ на все слова Грега адресованные ей, Помона лишь улыбнулась и проговорила?
- Грег, я же говорила что ты веселый! Озорной и своего не упустишь!  Человек слова! Две победы так, две победы! Сыграю ещё раз с тобой, если будет нужно! 
Затем она перевела взгляд на Финиса и с улыбкой  проговорила:
- Удачи, тебе Финис!
На самом деле, если честно сказать она не ожидала, что сумеет обыграть Грега, но раз ей удалось, отступать она вовсе не хотела и если нужно то сыграет снова.
Да, наверное я, действительно слишком взрослая, возможно Грег и прав... - мелькнула мысль в голове у Спраут, но ей сейчас просто хотелось немножко передохнуть, успокоиться, перевести как говориться дух, а то последние несколько часов, как ей казалось, что они уже тут слишком были какими-то суетливыми и все еще было немного не по себе от встречи с призраком няни, до сих пор при воспоминании о том, как она ей попалась, тянуло холодом, последнее ведение вообще ввергло в полный шок, хотелось самой куда нибудь спрятаться зарыться и не выходить, жутко на самом деле что тут случилось, тогда ...

Клетка № 63.

Отредактировано Pomona Sprout (2026-01-27 07:31:49)

Малкольм вял кубики. Рука Николь была тёплой и живой. Семёрка на кубике? Охренеть не встать! Здесь, в этом проклятом месте, законы вероятности, похоже, гнулись. Он зажал кости в кулаке. Вокруг царил восторженный шёпот. Давление было абсурдным и абсолютно детским.

«Просто бросай», — вспомнилось снова. И на этот раз он не сопротивлялся.

Он встряхнул кубики небрежно, почти по-хулигански, и выплеснул их на поле ладонью вверх, те закрутились в сумасшедшем танце, подпрыгивая и стуча по картону. Первый кубик за Тома замер почти сразу, показав уверенную пятёрку. Малкольм лишь кивнул. Уже хорошо.

Второй кубик, за Рози, завертелся дольше, подскочил, ударился о край коробки и, наконец, застыл. Малькольм прищурился. Потом наклонился ближе, точно пересчитывая точки. Раз, два, три... восемь. Восемь!. Один-два-три-четыре-пять-шесть-семь-восемь. МакГонагалл не стал восклицать, а просто поднял голову на Рози. В его глазах вспыхнуло нечто вроде ошарашенного, чистого удивления. Он медленно моргнул, словно перезагружая зрение.
Третий кубик, его собственный, он бросил почти машинально, всё ещё не отводя взгляда от восьмёрки. Тот показал скромную тройку. Что ж.

— Шестнадцать, — выдохнул он наконец. И тут же его взгляд метнулся к полю.

[newDiceMulti=1d8+1d8+1d8:0:Делайте ваши ставки, господа]

Отредактировано Malcolm McGonagall (2026-01-27 21:39:24)

Подпись автора

Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart