[indent] Хруст снегами под ногами напоминал звук ломающихся позвоночников врагов. Люциус решил прогуляться, так как ему надоело сидеть в стенах замка. На нем был теплый меховой плащ с серебряными застежками. На шее был повязан шкаф зеленой расцветки, а вот шапку молодой человек проигнорировал. На груди на черной школьной мантии сверкал значок старосты школы, правда, в такой холод этот значок было не видно. Но Малфой был уверен, что как только зайдет в теплое помещение и расстегнёт плащ, все увидят, что он из себя представляет.

[indent] Гойл и Крэбб следовали за ним как верные телохранители. Они переговаривались между собой, однако Малфоя пока это не волновало. Они обсуждали проходящих мимо однокурсников и задирали младшие курсы Гриффиндора. Люциус снисходительно улыбался, вряд ли будет уместно, если кто-то донесёт преподавателям, что он пользуется своим статусом. Он предпочитал более тонкие игры, он плел интриги так изящно, что люди этого не замечали. А Крэбб и Гойл были слишком тупы, чтобы действовать за спиной предпочитали делать что-то в лоб и даже не думали о последствиях.

[indent] Витрины в этот день пестрели товарами, некоторые уже выбирали Рождественские подарки или подбирали милые романтические презенты. Люциус предпочитал делать все в последнее время и не всегда делал это лично. В их семье Рождество не было теплым семейным праздником они просто ходили по многочисленным родственникам с дежурными подарками и фальшивыми улыбками. Но Люциус был рад подобному, таким было все его детство, и отец учил, что так ведут себя чистокровные волшебники. А лицо надо было держать.

[indent] Проходя мимо очередной витрины, Люциус словно почувствовал и повернул голову. В переулке стояла девушка с символикой Слизерина на груди. Ноги приросли к месту. Он видел, как снег оседает на её ресницах, видел небольшой прыщик на её щеке и находил это очаровательным. Изъяны привлекали его. Верней в ней даже изъяны казались ему соблазнительными. Нарцисса Блэк. Их первая встреча была позади, их сосватали без их согласия, они тогда видели друг друга лишь в школе. Люциус боялся себе признать, что она привлекает его и старался не оказывать ей слишком много внимания. Ведь она уже была его, она уготована ему договором чистокровности.

- Идите дальше без меня, - сказал он тоном, который не терпел возражений. Крэбб и Гойл постарались сопротивляться. – Я сказал, проваливайте, - волшебник повысил голос. Его "друзья" пожали плечами и удалились в "Сладкое королевство".

[indent] Люциус огляделся, словно в такую погоду кто-то смотрел по сторонам и мог его заметить. Наоборот многие закутывали красные носа в шарфы и смотрели себе под ноги. Молодой человек сжал покрепче свою трость с набалдашником в виде змеиной головы и шагнул внутрь переулка. Он услышал, как устало выдохнула девушка, подставляя лицо колючему снегу.

- Что ж так усердно ты искала? – проговорил он, добавляя ледяному тону нотку тепла. С ней он не мог разговаривать иначе. Здесь рядом с кирпичной стеной она казалась такой хрупкой и одинокой. Ему хотелось поцеловать её почувствовать тепло, которого он был лишён. Но тут же помотал головой, прогоняя непрошенные мысли и желания. – Если у тебя есть еще время, я мог бы тебе помочь. Кто если не Малфои обладают утонченным вкусом.

[indent] Её глаза сверкнули драгоценными камнями. Люциус посильнее обхватил трость, не меняясь в лице. Он шагнул из переулка, потом повинуясь своему аристократическому воспитанию, протянул ей руку, затянутую в черный бархат перчатки. Он готов потратить на неё весь свободный вечер, только вот никому об этом он не расскажет.

Отредактировано Lucius Malfoy (27.05.2026 09:05:49)

[indent] Она вложила свою руку в его и Люциус улыбнулся надменно и холодно. Это вышло помимо его воли, но в этом жесте и её откровенности он почувствовал себя хозяином положения. Они вышли на главную улицу, и староста предоставил свой локоть под руку девушки. Именно так гуляют аристократы, именно так они должны себя вести на людях. Со стороны они казались той самой женатой парочкой аристократов, которые гуляют вечером вместе, обсуждают наряды дам и приветствуют джентльменов. Хотя на самом деле они были просто детьми аристократов и находились на ярмарочной улице среди студентов, которые не видели важность данного факта.

[indent] О сестрах Нарциссы Малфой знал не понаслышке. Он видел их обоих и знал их по характеру. Правда, с Андромедой ему было общаться сложно, она отличалась от остальных, и это делало её белой вороной. Однако Беллатриса ему нравилась, они вместе учились и блистали в зельеварении, из-за чего находилось на особом положении у профессора.

- Для Белатриссы ты здесь ничего не найдешь. Для неё можно найти что-то лишь в Лютном переулке, - отозвался Люциус. Он вспомнил лавку "Борджин и Берк", где всегда можно было найти что-то для пополнения своей коллекции. Там то, как раз можно было найти какую-нибудь уникальную вещицу. Только если тебя там знали, потому что настоящий товар, вот так на прилавок там никто не выкладывал.

[indent] Они проходили мимо уличных торговцев, которые зазывали яркими цветами, музыкальностью вещей и их милым видом. Люциус смотрел вперед и совсем не интересовался этими торгошами. Они не могли ему предложить хоть что-то достойное его внимания.

- Искать надо не на витринах, там обычно лежит то, что долго не покупали и уже не раз чинили с помощью Репаро. Смотреть надо то, что находится за спиной продавца или даже под его прилавком. На твоё счастье я знаю магазинчик, он для… таких как мы.

[indent] Малфой улыбнулся уголком рта, подчеркивая их чистокровность и статус. Магазинчик, конечно, не был полуподвальным помещением со специфическими сувенирами. Нет, это был магазинчик почти в центре Хогсмида, с большими окнами и просторным залом. Там можно было посмотреть и выбрать себе какое-нибудь зелье, или перчатки с вышивкой своего факультета, а ещё там были украшения. Люциус предположил, что Андромеде как любой девчонке должны понравиться украшения или перчатки с каким-нибудь вышитым цветком. Несмотря на доступность, этот магазинчик почему-то пользовался дурной славой и обычно там отоварился Слизерин. Но даже из студентов Слизерин мало кто знал об этом месте.

[indent] Они зашли в помещение, где было всего два слизеринца, которые выбирали какие-то малоприятные склянки и девушка, покупающая приворотное зелье. Люциус прошел к продавцу, чеканя каждый шаг, на ходу снимая перчатки. На его руке сверкнул перстень, обозначая его принадлежность к роду Малфоев, и это не укрылось от глаз продавца.

- Мистер Малфой, что пожелаете? – подобострастно спросил мужчина.

- Что у тебя есть из интересного? – Люциус постучал по стеклянной поверхности витрины, выделяя последнее слово. Тот кивнул и отвел их чуть в сторону, где выложил планшетку с украшениями: кольца, браслеты, броши, кулоны и серьги. Рядом выложил несколько аксессуаров для ухода за палочкой и метлой, а после небольшую корзинку с "помощниками" в учебе. После чего продавец отошел в сторону, давая время на выбор. – Выбирай, если ничего не будет, посетим еще одно место. Хотя думаю, здесь тебе что-то может приглянуться.

[indent] Малфой со скучающим видом оглядел пустеющий зал. Ему было важно, чтобы Нарциссе понравилось что-то, тогда у них будет время просто погулять и поговорить. Он на самом деле очень мало знал о девушке.

[indent] Мало что может сбить волшебника с толку, кроме заклятия Конфундус, конечно. Люциус на самом деле обдумывал слова Нарциссы про истинную ценность, которая скрыта от посторонних глаз. В них чувствовался подвох или намёк. Что из произошедшего она может назвать истинной ценностью? Может его внимание или… он сам?

[indent] Снег то становился сильнее, то прекращался вовсе, он жил по своим правилам и не обращал внимания на волшебников, которые скрывали лица от его колючих граней. Однако Малфой предпочитал не прятать лицо, он не боялся снега, он старался ничего не бояться. Только вот сейчас видя, как Нарцисса выбрала, довольно быстро, выбрала подарок, он испугался, что приятная прогулка подошла к концу. Их глаза встретились его серые и её голубые, на мгновение сердце молодого человека сделало кульбит. Но он его успокоил, коснувшись рукой груди, но сделал так, словно поправил застёжку плаща. Он протянул руку, безмолвно прося рассмотреть украшение ближе.

[indent] Металл удачно разместился на узкой ладони и засверкал под лампами магазинчика. Несколько бледно-зеленых блика разбежались по полкам и затерялись. Цепочка свисала с пальцев с внешней стороны ладони и совсем не качалась от движения. Вглядываясь в центр, Малфой видел свое лицо и ещё что-то или даже кого-то. Это завораживало и в груди просыпалось какое-то чувство.

- Что ж, надеюсь, твоя сестра это оценит. Зелёный цвет ей к лицу, когда она не морщится, - усмехнулся Люциус. Он не удержался от колкости в адрес Андромеды. Он протянул руку и позволил украшению плавно скользнуть в ладонь девушки. Позже приманил продавца и расплатился за покупку Нарциссы. Это был просто жест вежливости, Люциус был щедрым к людям, которые были ему хоть немного близки. Пусть он не любил Андромеду, это и не средняя Блэк выходила рядом с ним на улицу.

[indent] Они отошли немного от выхода, больше видимой причины дальнейшей прогулки  вроде бы и не было. Слизеринец надел перчатки и вдруг развернулся к Циссе лицом, всматриваясь в её льдисто-голубые глаза. Сейчас он казался себе мальчишкой, который хочет пригласить красавицу школы на танцы и боится, что ему могут отказать или уже обрели себе пару на вечер. Внутренний голос, однако, твердил, что Малфои чаще побеждают, чем проигрывают.

- Не хочешь выпить сливочного пива? – выпалил и тут же продолжил делано равнодушно. – А то погода не подразумевает длительные прогулки по открытой местности. Может, придумаем, что подарить Беллатрисе. – Люциус не стал лукавить и сразу выложил карты на стол. Он помнит легкую дрожь Нарциссы при упоминании Лютного переулка и не хотел говорить о нём, но что если какая-то мысль позволит избежать предложений магазинчиков зловещего переулка.

[indent] Малфой не хотел сидеть за столом в кафе "Три метлы", где всегда шумно и много народу. Однако он понимал, что вести девушку на вроде бы свидание и сидеть в тёмном углу "Кабаньей головы" - не самая лучшая идея. Да и, несмотря на репутацию, туда вряд ли пустят пусть и высокородных отпрысков, но еще студентов школы. Все-таки они туда пришли бы не в азартные игры поиграть, а просто поговорить. Тем более в этом трактире много ушей, которые потом выходят тебе боком.

[indent] Было еще небольшое кафе почти на окраине. Поэтому дойти туда в такой ненастный день решилось бы не так много студентов. Внутри было несколько столов, расставленные на приличном расстоянии, не было всяких сердечек и рюшечек как в "кафе мадам Паддифут". Пусть кухня не была самой разнообразной, но выпить сливочное пиво и съесть какой-нибудь десерт можно было на раз-два. Туда как раз Малфой и хотел бы направится, чтобы пообщаться с неприступной на первый взгляд Блэк.

- Ну, так как, ты согласна? Я помог тебе с подарком, а ты помоги мне разнообразить этот зимний вечер. – Люциус умело создавал девушке только иллюзию выбора.

[indent] Мы привыкаем к людям и их манерам, перенимает их повадки и жесты. Мы настолько привыкаем к определенным правилам, словам и привычкам, что любое изменение режет не только слух, но и взгляд. Люциус знал, как он себя ведет, что может взглядом показать своё отношение. Но Нарцисса на его памяти всегда была кроткой, пусть это был образ для родителей. Для него она была достаточно дружелюбной, пусть это был только образ для однокурсников. Тем не менее, шляпа отправила её на Слизерин, а там не было место слабости и кротости. Но её неожиданная агрессия на шутку удивила Малфоя и… понравилась. Он с интересом всматривался в её глаза. У него был иммунитет на подобные выходки и холодной голос его уж точно не мог как-то задеть. А вот благодарность была искренней и теплой, вот от этого стало не по себе. Люциус улыбнулся и промолчал.

[indent] Неожиданная реакция девушки на приглашение, на мгновение заставило Люциуса разозлиться. Он никогда и никого не приглашал на подобное времяпрепровождение, это был первый раз и Люциус надеялся, что последний. Он не искал себе компанию, она была у него всегда. Вне зависимости от досуга. Малфой редко бывал один. И вот уголок рта девушки дергается, она смеется? Надо мной?! Люциус не был посмешищем, над ним смеялись, разве что совершенно бесстрашные люди и естественно это не сходило им с рук. Однако разве он мог как-то навредить Нарциссе?

[indent] Тут Цисса делает нечто неожиданное, она подходит ближе, сокращает и без того небольшое расстояние. Он чувствует легкий запах её духов, скорей просто аромат. Чувствует тепло её тела, хотя это скорей что-то на подсознательном уровне, чем физическое чувство. Его рука дрогнула, он хотел, чтобы она поскользнулось, и он бы так естественно придержал её за талию. Может, задержал бы ладонь чуть дольше чем стоило, но оно бы того стоило. А может она была достаточно близко для прикосновения губами. Конечно, он бы не удержался. Только все это были фантазии, которые остались с ним.

Лучше бы ты сказала, что рада выкроить время для меня, чем ради пива, - подумал Люциус, хотя его идеальное лицо не выразило даже капли расстройства. Он умело играл данную роль. И тут он был обольстителем и не хотел передавать бразды правление Нарциссы, несмотря на то, как она действовала на него.

[indent] Они преодолели небольшое расстояние до места и заняли один из столиков. В одном зале с ними была парочка пуффендуйцев и еще троица слизеринцев. Продавец подошел к ним и взмахнул палочкой, скатерть на их столике стала изумрудно-зеленой, свечи превратились в две извивающиеся змейки, а на кончике высунутого языка заплясало пламя. Люциус усмехнулся, он успел избавиться от перчаток и мехового плаща, в кафе было тепло и пахло чем-то карамельным. Не самый плохой запах.

- Два сливочных пива и десерт,- вопросительно посмотрел на Нарциссу, - для девушки.

[indent] Новый взмах палочки и к ним подплывает два больших стакана с напитком. Люциус прикасается к стеклянной поверхности и чувствует тепло. Вряд ли он даже себе признается, что немного замерз, ведь он все время был на улице без шапки. Он смотрит на одну из Блэк, зная, что пламя свечей отражается в его глазах.

- Как твои родители, дядя и тетя? – спрашивает Малфой, выжидает пару секунду и улыбается искренне, широко как никогда. – Ладно, ладно, светскую беседу отложим на другое время. Мы ж с тобой так и не поговорили насчет договора наших родителей. Как ты относишься к тому, что наше будущее предопределено? Что за нас придумали, какой будет наша личная жизнь. – Люциуса это интересовало. Их родители летом просто поставили их перед фактом. Во время учебы об этом было некогда говорить. Все, однако, это знали, а может чувствовали, что чистокровные не захотят мешать свою кровь с другими. Но свое мнение они как пока ещё подростки не проговаривали. А может, стоило поговорить хотя бы между собой.

Люциус умел читать лица людей, он умел видеть легкое изменение в уголках губ, морщинках в углах глаз и точно знал, что за этим кроется. Вот и сейчас он заметил, как напряглась девушка. Из обычного живого подростка она превратилась в статую, ещё спина выпрямилась, словно она оказалась на семейном ужине. Люциус с интересом наблюдал за каждым её изменением. Он изучал её, словно она была бабочкой, а он проводил над ней опыты. И ему надо было записать, от какой дозы эфира она уснёт, и он сможет наколоть её на булавку для своей коллекции.

Её негнущиеся пальцы расправили часть скатерти, и было в этом что-то неправильное. Он хотел её разговорить, узнать её получше, а она просто замыкалась и вела себя, словно они видятся впервые. И эта улыбка холодная и отчужденная совсем ей не шла, она была чужеродной на её лице. Ему хотелось стереть эту надменную улыбку, хотелось ударить по лицу, чтобы губы перестали кривиться в этом холоде. Он холодный Слизеринский принц, он привык быть таким, он был таким с рождения! Но с Нарциссой Люциус пытался быть мягче, чуть теплее и показывать, что он может улыбаться по-настоящему, что в душе его льдинки высекают пламя. И желал получить от Блэк такое же отношения, чтобы она открылась, а не снова была той неприступной "невестой" на ужине их родителей.

Она заговорила, и Люциус приготовился услышать, наконец, её мысли, её желания. И все это разбилось о слова, которые она произнесла. Это были слова её родителей, слова аристократки, слова хорошей дочки. Те слова, которые ей вложили в голову родители, она должна была так сказать. Но парень надеялся, что здесь в кафе почти наедине при свете свечей она скажет ему правду. Может, не самую хорошую, может, она уже в кого-то влюблена и хотела бы пойти против воли родителей. Но в этих словах бы была она Нарцисса, а не ещё одна из рода Блэк. Люциус разочаровался.

Вызов в её взгляде, что-то перевернул в душе Малфоя.

- Ты права, у меня есть свои планы, - он улыбался, разглядывая её лицо. Но сейчас он тоже надел на себя маску аристократа, того кого воспитывали должным для кого-то образом. – В нашей семье тоже есть решения, которые не обсуждаются. Но я всегда, всегда делаю то что хочу и не делают того чего не хочу, - Малфой чеканил каждое слово, подводил черту и ставил восклицательный знак. Возможно, у постороннего человека данные слова вызвали бы дрожь и желание убежать. – И знаешь, что самое интересное? – Люциус наклонился максимально близко, его лицо скользнуло по горлышку бутылки, к которой он так и не прикоснулся, и оказалось в нескольких сантиметрах от Нарциссы. – Ты так и не выбрала десерт.

Люциус отстранился и только теперь сделал глоток сливочного пива и едва заметно скривился. Никогда не любил эту приторную гадость, никак не мог привыкнуть, поэтому на всех светских раутах выливал это пойло в ближайший цветочный горшок. Сейчас под рукой ничего не было, поэтому Люциус держал лицо, глотая приторно-сладкий напиток, как амброзию и надеялся, что в школе ему не станет слишком плохо.

А если у тебя была бы возможность отказаться от союза со мной и при этом, - неожиданно даже для себя заговорил Люциус, - сохранить семью, отношения, не быть выжженной на родословной Блэков. Ты бы отказалась?

Люциус хотел добиться от неё признания. Не аристократки Блэк, не хорошей дочки, не слизеринки с пятого курса. Признание Нарциссы Блэк! Он хотел, чтобы она сказала, глядя ему в лицо с мягкой улыбкой, что хочет быть с ним и разделит с ним всю судьбу. Что она видит в этом союзе не долг и честь, а своё желание. Он настолько хотел её истинных эмоций и чувств, что готов быть вытрясти их из неё. Малфой схватился за скатерть над своими коленями, чтобы не соскочить и не кинутся к ней. Он сам не понимал, что с ним творится этим зимним днём.

Это было наваждение, это была какая-то магия. Магия зимнего дня.

Отредактировано Lucius Malfoy (16.06.2026 08:25:29)

Терять контроль над своими чувствами и эмоциями Люциус Малфой ненавидел больше всего. Такое случалось всего раз или два, и он поклялся больше никогда не позволять любой эмоции проявиться на его лице без надобности. Все должно быть под контролем, особенно эмоции. Сегодня он итак позволил себе слишком много, пора было снова возвращать себе почти утраченный контроль.

Слова Нарциссы немного удивили слизеринца, но он не показал своих истинных чувств. Хотя зубы сжались, и, кажется, даже немного скрипнули. В девушке говорило её происхождение, это были слова её матери, её родословной. Он словно слышал хор из тысячи голосов прошлых, настоящих и даже будущих Блэков. Конечно, их так учили, подобное, пожалуй, даже было прописано в некотором своде аристократических правил, которые были впитаны ими вместе с молоком матери. Только от этого становилось скучно и пресно. Если бы Люциус хотел поговорить просто с кем-то чистокровным, то сходил бы на любой праздник, куда так любили ходить его родители. И поговорил с любым отпрыском благородной семьи и услышал бы ровным счетом тоже самое. Но это он уже проходил тысячи и тысячи раз.

Люциус вскинул брови, изображая притворное удивление.

- Разве девочки не любят сладкое? И что же любит Нарцисса Блэк кислое или… - розовый язык коснулся губ, как будто Малфой вспоминал какие есть ещё вкусы. Собственные губы ему показались… - горькое?

Обычный разговор вдруг снова перескочил на родство и семью. Люциус дотронулся под столом до палочки, вызывая своих дружков. Пора было заканчивать и возвращаться в гостиную факультета, правда, волшебник ждал ответа на главный вопрос. Ему было необходимо узнать и услышать, как на него ответит претендентка на звание его будущей жены. И эта мысль показалась молодому человеку забавной. И ведь он действительно хищник, мужчина, не каждая сможет быть рядом.

Слова "откажусь выходить за тебя замуж…" ужалили по нервам, немного кольнули сердце. Однако Малфой лишь слегка склонил голову, вглядываясь в лицо девушки. Неужели, она сказала ему это?! Конечно, она слыла очень нравной и дерзкой особой. Но разве она могла высказать ему свой отказ, неужели она действительно может рассматривать другой вариант?! Серые глаза потемнели до состояния грозового облака, близился страшный шторм. "Но я же не отказываюсь…" такие слова могли бы усмирить нрав юного аристократа, но не смогли. Она и не посмела бы нам отказать, - прошипел внутренний змей.

За дверью кафе появились физиономии приятелей Крэбба и Гойла. Они не входили и просто встали по обе стороны от дверей, как сторожевые собаки. Люциус перевел взгляд на них иобратно, понял, что их встреча истекла по времени. Вопрос, который так легко произнесла Нарцисса, ускорили шторм в душе слизеринца. Он облизнул пересохшие губы, усмехнулся, являя собой истинный образец коварства. Затем метнулся вперед, высокий рост позволил не ложиться грудью на стол. Развел сливочное пиво в стороны, освобождая себе место. Он был достаточно близко, чтобы увидеть чуть темную радужку глаз слизеринки, тонкий аромат духов и при желании даже мог легко коснуться её губ.

- За все время нашего общения, - заговорил грубоватым шепотом, - я слышал только слова хорошей дочери, успешной чистокровной аристократки и прелестной мисс Блэк. Но я хочу услышать тебя, твои мысли, мысли Нарциссы… Малфой, – фамилию он практически выдохнул в губы девушки. – И когда я их услышу с рассмотрю свою точку зрения насчет значения чьей-то воли в моей жизни.

Резко как наклонился, так же резко Люциус встал, скрипнув стулом. Уронил на скатерть сверкающие монетки с лихвой, он не позволит девушке платить за счет.
- Простите мне пора, - накинул плащ, взял перчатки и трость.

Два шага в сторону двери, затем резкий разворот. Сократил расстояние, развернул стул, вместе с не успевшей встать Нарциссой, к себе. Вгляделся в глаза.
– Все равно ты будешь моей. Даже если не захочешь.

В словах была угроза, тихая, ненавязчивая, но явная. Теперь он хотел видеть именно её, пусть даже в своей коллекции как красивый трофей. Если слова её семьи будут сильней. И видимо он хотел доказать кто здесь главный, показать, что он мужчина, обескуражить её. Или просто стереть слова про честь, благородство и чистую кровь с её губ. В мире наверно случилось землетрясение, когда губы Малфой и Блэк столкнулись. Это не был поцелуй, в нём не было нежности, любви и заботы, просто печать, просто прикосновение. Тепло смешалось и сладость пригубленного пива тоже. Люциус сделать это грубо, холодно и безэмоционально. Он хотел другого, хотел продолжения, вдохнуть её запах попробовать вкус губ, а не этого сливочного пойла. Но гордость взяла вверх: он выпрямился и покинул кафе, ни разу не оглянувшись.