Marauders: forever young |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Marauders: forever young » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » 24.08.1979 Личное дело каждого [л]
Личное дело каждого
Дата: 24.08.1979
Место: Бывший дом Альфарда Блэка, оставленный Сириусу в наследство
Действующие лица: @Sirius Black, @James Potter, @Lily Evans, @Marlene McKinnon
Краткое описание: Что ты сделаешь, если при тестировании магической штуки увидишь свою девушку у странного места? То ли девушка что-то скрыла, то ли вещь работает не самым лучшим образом. Что делать, выбор за тобой.
Отредактировано James Potter (10.09.2026 14:49:32)
[indent]Дом, который оставил Сириуса дядя Альфард, был странным местом. Не таким мрачным, как Гриммо, но и не уютным. Скорее заброшенным, с пыльными простынями на мебели, с запахом старого дерева и чего-то забытого. Сириус не торопился его обживать. Мебель стояла там, где стояла, книги лежали стопками на полу, а на кухне до сих пор была посуда, которой никто не пользовался.
[indent]Зато в гостиной было светло. Сириус поставил лампу на пол, расстелил на старом дубовом столе карту и теперь сидел на корточках у стула, глядя на пергамент снизу вверх, будто ждал, что тот заговорит. Это была не та карта, что они сделали в школе, легенда и их общая гордость, а другая - над ней они еще работали. Сириус провел пальцем по ее краю, сдул пылинку, осевшую на пергамент.
[indent]- Знаешь, Джеймс, - сказал он, не поднимая взгляда, - я вот тут сижу и думаю. Карта Хогвартса - вещь классная и до сих пор работает. Но почему с этой у нас так долго не получается? - он постучал по пергаменту палочкой, и от нее по карте тут же пробежали едва заметные чернильные разводы. - Потому что Хогсмид, Запретный лес... слишком большая территория? Или много защитных чар от жителей деревни? Или слишком много разных людей, которых мы не можем идентифицировать? О, а это что за неизвестные точки? Смотри возле Чайной мадам Паддифут стоят и слиплись... Зачем они слиплись, как ты думаешь?
Поттер сидел около стола и битый час водил палочкой по карте, но ничего не получалось. У него болела голова, а из-за пыли слезились глаза, от чего стекла очков то и дело приходилось протирать. Но упрямство, которое так часто его спасало, давило и заставляло работать. Он никак не мог понять, где у них идёт просчет. Неужели, снова придётся перелопатить книги? Он не выдержит очередного откладывания такого важного дела. С картой мародеров получилось куда быстрее разобраться, может, потому что тогда работали четверо? Люпина бы сюда, он бы мог задать нужное направление. Хотя вчера было новолуние и сегодня их лучшему другу нездоровилось.
Джеймс снова провел палочкой на том кусочке пергамента что работал, вышло паршиво. Точка ушла за край карты, потом вернулась и расплылась кляксой. Поэтому когда Сириус заговорил, Джеймс был рад сделать перерыв. Он отложил волшебную палочку и откинулся на сидение дивана, около которого сидел уже несколько часов. Вопросы друга били прямо в цель. Может действительно они взяли слишком большую территорию? Хотя и чары жителей нельзя было исключать. Только вот все равно не строилась схема по ещё какой-то причине. Какая-то часть все равно выпадала и магическая формула не складывалась должным образом. Джеймс зарылся пальцами в волосы, ероша их еще больше.
- Слиплись? Где? – Джеймс наклонился, рассматривая указанную "аномалию" и тут же заулыбался. – Нууу, мой юный друг, это может значить только одно, они… - и Джеймс максимально придвинулся к другу, вытянув губы трубочкой. - Целуются. Иди ко мне я тоже тебя поцелую, чтобы наши точки слились, - после чего расхохотался, возвращаясь на свою сторону стола.
[indent]Сириус фыркнул, когда Джеймс придвинулся к нему с вытянутыми губами, и ловко увернулся, отклонившись назад.
[indent]- Ох, Поттер, - сказал он с притворным ужасом, прижимая руку к груди, - я, конечно, ценю твои ко мне чувства, но если ты сейчас меня поцелуешь, Марлин узнает об этом быстрее, чем мы успеем допить чай. А она умеет держать обиду... и палочку. И прицел у нее, между прочим, отличный, - он усмехнулся и снова посмотрел на карту, но мысль о целующихся точках, кажется, застряла у него в голове.
[indent]- Хотя, если серьезно, - продолжил Сириус, почесывая затылок, - ты прав. Мы делали карту Хогвартса вчетвером, и у нас было четкое понимание, где что находится. А здесь мы пытаемся охватить территорию, которую даже сами не знаем до конца. Хогсмид мы, конечно, облазили вдоль и поперек, но Запретный лес? - он покачал головой. - Мы старались его исследовать, это да. Но каждый раз, когда заходили дальше, натыкались на такую дичь, что я до сих пор не понимаю, как мы в некоторых случаях вообще смогли унести ноги. Помнишь ту тварь с шестью глазами? Мы тогда поклялись, что больше ни ногой. И все равно возвращались, конечно... - Сириус вздохнул, откинулся на спинку стула и закинул руки за голову. Взгляд его блуждал по потолку, пока мысли метались между картой, Хогсмидом и Запретным лесом.
[indent]- Может, проблема в том, что мы пытаемся скопировать формулу с карты Хогвартса, а она работает только на закрытых территориях с четкими магическими границами? - предположил он, глядя в потолок. - Хогсмид - деревня. Там люди живут, ходят, колдуют. Там нет единой защитной стены, как в школе. Может, нам нужен другой принцип? Не привязка к месту, а привязка к людям? Чтобы карта показывала не всех, а только тех, кого мы сами выберем? - он резко сел ровно и уставился на Джеймса с энтузиазмом во взгляде.
[indent]- Представь: мы можем сделать карту, которая показывает только Пожирателей. Или только членов Ордена. Или только тех, кто нам нужен. Мы отслеживаем их по магическому следу, не заморачиваясь с территорией. А? Как тебе идея? Правда не понятно, какого размера карта тогда должна быть... - Сириус подался вперед, подперев подбородок рукой, и вздохнул.
[indent]- Если честно, я сейчас так устал, что готов согласиться даже на карту, которая показывает только местных кошек. Мне нужен кофе. Или сон... или и то, и другое одновременно, - он зевнул - широко, по-собачьи, даже с легким рычанием в конце. И уже потянулся за пергаментом, чтобы свернуть его, но его взгляд случайно упал на карту. И тут Сириус замер, округлив глаза. Он резко выпрямился и уставился на пергамент так, будто увидел там Темного Лорда собственной персоной.
[indent]- Эээ... Джеймс, - голос его вдруг потерял всю сонную расслабленность и стал подозрительным, напряженным и недоумевающим одновременно. - Погоди-ка... - Сириус продолжал пялиться на карту, буквально уткнувшись в нее носом, провел пальцем по пергаменту и тихо, с удивлением прочитал:
[indent]- Марлин МакКиннон и Лили Эванс... Возле «Кабаньей головы», но... сейчас же два часа ночи! - Сириус поднял взгляд на Джеймса. - Поттер, твоя девушка и моя девушка стоят у входа в самую подозрительную забегаловку Хогсмида в два часа ночи. Что это, черт возьми, значит вообще?
- А мы не станем ничего говорить Марлин, - новый приступ хохота. Джеймс понимал, что все эти шутки шутками, но Марлин действительно умеет хорошо держать палочку. Поэтому развивать тему не стал, пытаясь вернуть рабочий настрой, перед ними карта которую они даже можно сказать не начали делать. Формулы не подходят, территория не ясна, принцип разнится. А чего собственно они хотят получить?
- Ладно, с шестью глазами! А помнишь ту, которая была такой странной, что непонятно где голова, где задница? Питер тогда неделю с нами не разговаривал, а ведь это ты сделал его приманкой, - напомнил Джеймс. Проделки, конечно, были смешными, хотя с возрастом понимаешь, что им чертовские везло и это чудо, что они дожили до совершеннолетия.
Поттер внимательно слушал Сириуса, но идея с каждым предложением растекалась во что-то неоформленное. Рациональное зерно было, но привязка к людям? Это же слишком, всех людей нельзя представить. Выборочно тоже. Конечно, было бы здорово видеть Пожирателей, но что если мы не знает кто конкретно Пожиратель. Покажет ли его карта? Нет, привязывать надо к конкретному месту, только нужна точка опоры. То, что поможет отобразить необходимую местность. То, что будет вечным и нерушимым. Джеймс кусал губы в раздумьях, ему хотелось догадаться, в чем загвоздка и выдать решение.
Зевок друга с этим легкой его анимагичностью всегда нравилось Джеймсу. Он настолько привык к Сириусу с его лающим смехом, что не представлял, как они могли не стать анимагами. В них всегда было что-то такое необузданное, таинственное и сложное. Он улыбнулся, но заметив резкую перемену в друге, напрягся. Даже поудобней перехватил палочку.
- Что?! – Поттер не поверил своим ушам и решил довериться глазам, подвигая к себе карту. – Где? А… Может карта врёт? Хотя… в этом этапе мы уверены? Тебе Марлин что-то говорила о вылазке? Моя Лили мне ничего не сказала, даже не намекнула.
Джеймс не знал злиться или расстраиваться. С одной стороны, это может быть что-то безобидное и хорошо, что она не одна, с другой стороны - какого гиппогрифа, они там забыли?! Район явно не располагает к прогулкам, тем более в два ночи, когда добропорядочные люди спят. Уж не выпить по рюмашке огневиски они туда пошли. Джеймс даже представить не мог Лили и Марлин выпивающим в столь злачном месте. Это же как-то даже смешно.
- Бродяга, не хочешь прогуляться? – с насмешкой сверкнул очками Поттер. Он решил проследить за девчонками, так они смогут защитить, когда понадобится помощь и узнает, что они задумали. Вдруг придётся вмешаться, чтобы дело прошло гладко? Они же с Сириусом многое могут и умеют, особенно заговаривать зубы.
[indent]- О, а ты помнишь, как он тогда визжал? - Сириус расхохотался, когда Джеймс напомнил про историю с Питером и той тварью. - Я до сих пор уверен, что та штука просто хотела с ним поиграть, а не сожрать. Ну, может, немного сожрать, но не целиком. Хотя, признаю, я тогда перестарался с приманкой. Но кто же знал, что она так быстро бегает?
[indent]Впрочем, это все было сейчас уже не так важно, как то, что они заметили на карте. А точнее, кого они там заметили.
[indent]- Говорила ли мне Марлин, что они с Лили собираются в «Кабанью голову»? - он скривился. - Ну как ты себе это вообще представляешь? «Дорогой, мы с Лили решили этой ночью посидеть и выпить в «Кабаней голове»?.. Ха! Нет.
[indent]Сириус нахмурился:
[indent]- Она сказала, что у них с Лили какие-то дела сегодня вечером. Я думал, девчачьи посиделки, сплетни там, маникю-шманикюр. Или что они обычно делают, когда нас нет? - он почесал подбородок пятерней и задумался. - Но, чтобы в «Кабанью голову»? В два часа ночи? Это не похоже на Марлин. Она бы скорее в «Три метлы» пошла, там хотя бы нормальное пиво. А это место... - он покачал головой. - Если честно, я даже не знаю, что там может быть такого, ради чего они поперлись в такую дыру...
[indent]Сириус поднял взгляд на Джеймса и увидел в его глазах тот самый огонек, который всегда означал, что он уже принял решение. И Поттер тут же предложил прогуляться.
[indent]- Прогуляться? - переспросил Блэк, поднимаясь со стула с ухмылкой, которая появлялась перед каждой авантюрой. - Я, знаешь ли, прямо сейчас внезапно захотел именно прогуляться. Вообще, Поттер, я думал, ты никогда не спросишь, - он схватил стула ключи от мотоцикла и накинул куртку, не глядя.
[indent]- Я за рулем, - сказал он тоном, не терпящим возражений. - А ты садись сзади и держись за меня, чтобы не свалиться. И не вздумай колдовать, пока мы в воздухе, я не хочу, чтобы нас засекли раньше времени.
[indent]Они уже бежали к выходу, не оборачиваясь, а через минуту сидели на мотоцикле. Двигатель взревел, и они взмыли в ночное небо. В Хогсмиде было тихо. Даже слишком тихо. Сверху они отлично разглядели всю деревню. Фонари горели тускло, и единственное место, откуда пробивался свет, была «Кабанья голова» - старая, закопченная забегаловка, которая никогда не закрывалась. Ну или почти никогда. Что за дела там проворачивал старый плут Аберфорт Дамблдор, одному Мерлину было известно. Сириус припарковал мотоцикл за углом, у старого амбара, заглушил двигатель и спрыгнул на землю. Было прохладно, но он даже не заметил - кровь бурлила от предвкушения.
[indent]- Давай сюда, - шепнул он Джеймсу, махнув рукой в сторону черного хода. - Окна там низкие, если пригнуться, нас не увидят. Но слышно будет все, что они говорят. Если они, конечно, что-то говорят... - он проскользнул вдоль стены, прижимаясь к ней, как настоящий пес - тихо, бесшумно, с каждым шагом превращаясь в охотника. Добравшись до окна, он присел на корточки и медленно, очень медленно, поднял голову, заглядывая внутрь сквозь грязное, пыльное стекло. Сердце колотилось как бешеное, так что его стук казался Сириусу громче, чем собственные шаги.
[indent]- Джеймс, - прошептал он, не оборачиваясь, - они там? Ты что-то видишь?
Отредактировано Sirius Black (06.09.2026 19:56:13)
Они еще по вспоминали, как Питер убегал от твари и как они смеялись, чудом избежав быть пойманными. Конечно, Петтигрю тогда был не в восторге и избежание смерти воспринял серьёзней, чем все они. К тому же он никогда не был спортивным, но в тот раз поваленные деревья перескакивал с грацией Цилиня*.
- Может у них какое-нибудь важное задание или дело. Разве вы не всем с Марлин делитесь, я думал у вас полное взаимопонимание, - передразнил интонацию друга Джеймс. На самом деле он хотел, чтобы все имело логичное и вполне безопасное объяснения, но он его не находил сейчас. А вот безопасность Лили было его главной на сегодняшний день целью. – То есть всё-таки она тебе говорила про какие-то дела, просто ты не стал расспрашивать? – наседал на друга Поттер. Конечно, сам он вообще редко разговаривал с Лили и уж точно они не общались каждый день, чтобы знать, чем она собирается заниматься. Но сейчас это было совсем неважно.
Азарт предстоящего дела разжег огонёк безрассудства. Джеймс чувствовал себя охотником, который заметил лакомую добычу. Ведь если все достаточно безобидно он просто сможет подшучивать над Эванс хоть каждый день. А если удастся её спасти, то будет героем и попросит достойную награду. Сириус схватил свои ключи от мотоцикла и сразу оповестил, что будет за рулём. Джеймс не любил сидеть в люльке, там у него не помещались ноги и был благодарен, когда Блэк предложил сесть прямо за ним. Они уселись, и Джеймс всё-таки поколдовал, чтобы мотоцикл нельзя было услышать за три версты. Им не к чему привлекать к себе внимание. Поттер крепко держался за талию друга, чувствуя вибрацию железного монстра под своей пятой точкой. Это было как-то дико, все равно, что кататься на кентавре, вот тебе кубики пресса и не слишком мягкое седло, - думал Джеймс, надеясь, что когда они доедут его спина не скажет ему "пока".
Они сразу же засеменили к выходу, держась тени. Хотя основные заведения Хогсмида уже не работали, поэтому окна были тёмными, только работала "Кабанья голова". Надеюсь, они хотя бы неплохо навариваются за круглосуточное обслуживание, - подумал Джеймс, сдувая волосы Сириуса, которые закрывали весь обзор. Фух, - никакого эффекта. Фууух, - ничего.
- Если ты немного подвинешься, я постараюсь увидеть что-то кроме твоей великолепной шевелюры, - пробурчал Джеймс и слегка толкнул друга, чтобы подобраться поближе к окошечку. Волшебник оглядел зал и только со второго раза увидел самый краешек плаща, Лили и Марлин сложно было разглядеть. Ему показалось, что они сидят за столом, но явно не вдвоем, так как сидели девушки рядом, по крайней мере, он теперь видел явно кусочки двух разных плащей. – Они вроде с кем-то разговаривают. С кем не вижу, - Поттер отошел от окошка. – Думаешь, они обсуждают маникюр или платье с третьей подружкой в таком месте? – хмыкнул он. – Нам надо пройти внутрь, как войти в двери незамеченными. Мантии-невидимки с собой нет, - Джеймс пригорюнился, осматривая притихшую улицу. Он заметил бочку, на которой были свалены старые мантии. В "Кабанье голове" всегда отирается всякий сброд, тут можно полностью занавесить лицо и никто тебе слово не скажет.
- У меня есть идея! - Поттер потащил за собой друга. Он достал одну мантию оглядел и кинул другу, - одевайся. - Потом порыскал и нашёл себе, главным критерием был большой капюшон, чтобы достаточно занавесить лицо. – Не хочешь шляпку с вуалью? – спросил Джеймс, показывая названный объект. – Ладно, пошли.
*Цилинь (Qilin) — редкое волшебное существо из Китая, внешне напоминающее изящного оленя или антилопу, но покрытое золотисто-бронзовой чешуей.
Отредактировано James Potter (08.09.2026 21:45:05)
Дело, которое привело сегодня Лили с Марлин в "Кабанью голову", не касалось никого, кроме их двоих. Собственно говоря, это не касалось даже Марлин, но она благородно решила не бросать подругу и пошла вместе с Эванс.
Впрочем, вечер начинался совсем иначе и задолго до того, как МакКинон и Эванс попали в "Кабанью голову". Они просто встретились, чтобы поровести вместе время, обменяться новостями да и вообще: просто отдохнуть. За семь лет учебы в Хогвартсе Лили так привыкла к тому, что рядом всегда есть подруги, и теперь отчаянно скучала. Ей не хватало возможности в любой момент поделиться новостью или спросить совет. Раньше Марлин, как и Мэри, как Пандора и другие девочки, постоянно были на расстоянии вытянутой руки, поэтому во взрослой жизни Эванс чувствовала себя немного одиноко.
А с Марлин всегда было весело. К тому же сегодня они никуда не торопились, так что можно было лениво болтать обо всем. Встретились в кафе, но потом переместились в другое заведение, где подавали не только чай и пирожные, но и напитки покрепче. Там они сидели довольно долго, и Лили, незаметно для себя, выпивала один бокал за другим, чувстуя, как с каждым глотком алкоголя тело наливается все большей легкостью, а настроение становится все лучше. Время текло незаметно и, когда Эванс посмотрела в очереденой раз на часы, было далеко за полночь.
- Зн-наешь, а мне надо же в "Кабанью голову". Забрать кое что! - вспомнила вдруг Лили. - Пойдем прямо сейчас? Там еще и выпьем! А переночевать потом можно у меня!
Так они и оказались в "Кабаньей голове" - далеко не самом приличном заведении волшебний Великобритании.
Аберфорт, увидев их, кивнул на один из столиков, предлагая посидеть там, а сам продолжил обслуживать посетителей. Лили никуда не торопилась, поэтому без возражений уселась на стул и провела ладонью по столешнице, которая явно давно просила чтобы ее помыли - ладонь немного прилипала.
- Марлин, а потом мы куда? Может быть... - Эванс не договорила: перед ними выросла фигура в темном плаще и, без приглашения, опустилась на стул напротив подруг.
Лили, чья рука было дернулась к волшебной палочке, замерла, разглядывая незнакомца: потрепанная, латаная одежда, всклоченные волосы и лохматая борода. Видно было, что этот волшебник ведет не самый идеальный образ жизни. Подобных типов можно было встретить в Лютном переулке или вот... здесь.
Только Лили его не ждала и теперь не понимала зачем он подсел к ним с Марлин. Короткий взгляд на подругу подсказал: Марлин тоже не ожидала этой встречи и вряд ли это ее доьрый знакомый. Эванс собиралась было спросить что ему нужно и попросить оставить их, как мужчина выпалил:
- Интересуетесь зельями? - и вдруг лукаво так подмигнул, распахивая полы своей мантии. Там, во множестве внутренних кармашков, посверкивали небольшие флакончики, явно наполненные разными зельями.
Мужчина достал один и поставил его перед девушками: пузатый пузырек с какой-то зеленоватой жидкостью.
- Жидкая удача. Новая разработка из самого Отдела Тайн, - он склонился вперед и зашептал, будто сообщал им что-то секретное. - Покруче Феликс Фелицис.
- Оооо, - выдавила из себя Лили, с неподдельным изумлением разглядывая незванного собеседника и предмет продажи. - Ооооооо!
- Селестина Уорлок - слыхали о ней? Так вот: она выпила этого зелья и после уж прославилась: жизнь у ней пошла как по маслу, успех и деньги - все к ней повалило. Всего десять галлеонов - и будете жить не хуже чем она.
У Лили даже глаза на лоб полезли от такой чуши, что, впрочем, было воспринято продавцом как восторг.
- Вижу ты смышленная девушка и точно знаешь чего хочешь.
Он перевел взгляд на Марлин.
- Купите две порции прямо сейчас: сделаю скидку в один галеон. Всего девятнадцать! Не продавал бы, но срочно уезжать надо к заболевшей бабушке в Италию, - и мужчина с сожалением прицокнул языком. - А вы мне сразу понравились: видно, что смышленные девушки и знаете чего хотите от жизни!
Это было так смешно, что Лили даже не знала что лучше: подыграть этому несчастному или сразу спугнуть его и прогнать. Решила все же подыграть: когда еще такой шанс повеселиться выпадет? Покупать она, разумеется, ничего не собиралась, а уж тем более пить. Да и, скорее всего, в этих флаконах всего лишь подкрашенная, ароматизированная водичка.
Впрочем, от вина бы Эванс сейчас не отказалась.
- А в любви тоже помогает? - склонилась Лили, тихо шепча. Икнула, потому что выпитый перед этим алкоголь решил напомнить о себе и потребовать добавки.
- А то! Но для любви есть и кое что получше, - мужчина, довольный, что кто-то клюнул на его уловку, жестом фокусника выхватил из кармана еще один флакон. На этот раз в форме сердца и я ярко-розовой жидкостью внутри, которая чуть-чуть переливалась в дрожащем свете свечей. - За всё: двадцать пять и только сейчас!
Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!
Дружить с соседкой по комнате в Хогвартсе не то же самое, что дружить не с ней после выпуска из школы. Вы больше не живёте в одном помещении и не делите рядом стоящие в спальне кровати, чтобы удобнее было болтать, не ходите вместе по замку, чтобы поесть или позаниматься, не гуляете друг с другом в Хогсмиде на выходных — порой даже не видитесь неделями, хотя когда-то не представляли как это, не пересекаться ежедневно. Сейчас вы всё ещё дружите, но по-другому. Из-за плотного графика работы встречаетесь в лучшем случае раз-другой в месяц, но непременно всё ещё находите общие темы, занятия и возможность друг у дружки переночевать, чтобы посудачить всласть о чём-то перед сном и затем бережно хранить эти воспоминания до следующей встречи. И почему-то эта дружба, вынесенная за пределы школы, кажется гораздо ценней, чем во времена Хогвартса, а не чем-то само собой разумеющимся — теперь это не совпадение, за которое ответственна Распределяющая Шляпа и к которому привыкаешь, это осознанный выбор, что делает каждую встречу особенной. Кое-что, тем не менее, неизменно. Надо обязательно съесть что-нибудь сладкое, выпить чего-нибудь крепкого, обсудить и осудить кого можно и нельзя, в основном, тех болванов, в которых угораздило влюбиться, а ещё вляпаться в какую-нибудь нескучную историю, чтобы было что вспомнить среди суетливых рутинных рабочих будней...
И если говорить о дружбе Марлин МакКиннон и Лили Эванс, то сладенькое в тот день они уже в одном месте съели, до икоты крепкого выпили в другом, а значит самое время найти третье место, во что-то угодить и обязательно поговорить о болванах. Когда Эванс упоминает, что ей надо кое-что сделать в "Кабаньей голове", Мак подписывается на вылазку, даже не особо вникая в детали. Какое-то дело в одном из самых злачных мест Магбритании — дайте сразу два и запишите ей на счёт.
— Как в старые добрые, когда мы впервые попробовали огневиски и решили за каким-то келпи это сделать именно там, — заговорщически соглашается Марлин, уже довольно пьяная, чтобы искать причины, почему предложение подруги посетить трактир посреди ночи — плохая идея. Возможно, потому что даже нетрезвой понимает, в плохую идею подругу одну отпускать в любом случае нельзя. Но можно сделать идею ещё хуже, чтобы было веселее. И даже перспектива тяжёлого похмелья на утро не может отбить у неё эту охоту. — А давай наденем школьные манти-ик, как будто у нас поход в Хогсмид? И галстуки, галстуки-ик! И снова выпьем виски, и завтра в школу не пойдём! И плевать, что каникулы. У нас вечер ностальги-ик.
И вот такими они оказываются сперва в Хогсмиде, а затем и в "Кабаньей голове", чуть окосевшими и в школьных мантиях с криво повязанными галстуками, словно два ходячих подтверждения, что у Аберфорта Дамблдора ошивается в самом деле самая странная публика.
В трактире по-пятничному оживлённо, и среди посетителей уже можно наблюдать шабаш из карг, которые друг дружке гадают суженых в зеркале, гоблина, чахнущего над мешком с золотом и предлагающего всем сыграть с ним в одну игру, здоровяка, среди предков которого явно был человек, кто хотя бы раз трахнул великана, и ещё с десяток личностей разной степени маргинальности и пьяности. И это не говоря о козлах, которых хозяин разводит и которые шныряют то здесь, то там. Дамблдор лавирует между ними всеми, как дирижёр хора лягушек, умудряясь взять в оборот каждую жабу, какой бы мерзкой та ни была.
Подруги занимают один из столиков, и не успевает Лили предложить Марлин что-нибудь, чтобы сделать их времяпровождение ещё менее томным, к ним третьим на стул напротив подсаживается какой-то мутный тип. Мак сперва даже опешивает от такой бесцеремонности — разве они производят впечатление тех, кто нуждается в компании? — а потом вспоминает, что они выглядят, как две поддатые школьницы, и всё встаёт на свои места. Вероятно, на фоне остальных клиентов "Кабаньей головы" они кажутся лёгкой добычей для мошенника: подвыпившие, раскрепощённые и внушаемые малолетки. Но этот прохиндей не на тех напал.
Эванс уже вовсю манипулирует этим горе-шарлатаном, подбадривая того чересчур щедрыми эмоциями, и Мак стоит больших усилий не ржать, чтобы не сломать виртуозное представление, ведь её первая реакция на всё — это смех, и с этим очень сложно бороться, если паралельно не думать о каких-то отвратительных вещах, вроде секса собственных родителей. Особенно когда втирают дичь вроде: зелье удачи, эффективнее Феликс Фелицис? Или зелье, способное добиться самой прекрасной любви? Марлин слушает и понимает, что, если не присоединится к фарсу, то непременно всё испортит своим гоготом, который просится наружу.
— Мистер, — обращается она к нему, — это всё, конечно, замечательно. Удача и любовь, шляпа эта полная, но ты мне вот что скажи-ик. Про реальные дела. Мы взрослые люди-ик. Есть ли зелье, выносливости там, которое может заставить мужика, нормального такого мужика, вроде тебя, крепкого, крупного, рослого, выдержать марафон. Ну, знаешь, марафон. Чтобы он смог всю ночь без остановки работать руками, ногами и — ик! — всем телом? — многозначительно спрашивает она. Ей бы в голову не пришло спрашивать такие гадкие вещи в трезвом уме, но не она это начала, чтобы закончить.
Кажется, Эванс её лягает под столом. Но, возможно, это один из аберфортовских козлов спутал её с тем, что сидит напротив.
— О! — восклицает тип, зацепившись за двусмысленность. — А я знал, что не ошибся в вас, мисс. Вы действительно знаете, чего хотите, не так ли, дамы? — он совершенно неприличным образом снова распахивает полы мантии, отчего Мак хочется взвигнуть, потому что такие фокусы она позволяет разве что Блэку, выставляет напоказ подклад, куда вшит целый магазин палёного дерьма, и выуживает ещё один флакончик. На этот раз жижа в склянке мерцает едким оранжевым. — Ещё одна эксклюзивная разработка, дамы, и, но это только между нами, потому что вы мне очень симпатичны, от Николаса Фламеля. Да-да, того самого, бессмертного. Редчайшие ингредиенты, уникальный состав, куда входит эссенция самого философского камня, способен на поистине невероятные чудеса. Одна капля, и вы убедитесь, эта вода жизни сможет поднять даже мёртвого, если вы понимаете, о чём я. Выжмет всё, что можно, и даже не запыхается. И только для вас всё это буквально задаром! Пятьдесят галлеонов! — он продвигает все склянки, и Марлин смотрит на них по очереди, слева направо. План, что зреет в её плывущей от алкоголя голове, совершенно гнусный, но ей нравится думать, что Сириусу он бы понравился.
— Значит, не запыхается? — повторяет она, после чего достает мешок, в котором деньги, конечно, имеются, хотя счёт она не вела. Но поскольку Мак на самом деле не собирается с ними расставаться, то нет смысла переживать, что она не уложится. — Я заплачу вам сто галлеонов, если вы выпьете их сами-ик.
— Чего? — от недоумения сальный блеск в глазах типа гаснет, сменяясь недоумением и подозрением.
— Вы выпьете, сразу все три-ик, а я заплачу. А что такого? Разве вам не хотелось бы иметь любовь, удачу и это самое у себя? — подмигивает она. — Удача вам бы точно пригодилась, чтобы без проблем добраться до бабушки в Италию и там ей помочь выздороветь. Если эффект себя оправдает, я возьму по флакону себе. Ик.
— Нооо, — тип мнётся, явно осознавая, что он промахнулся, но где? — У меня только по одному каждого. Не хотелось бы, чтобы такой товар пропадал из-за меня. И бабушка не то чтобы очень больна, так... Себе-то и ей я ещё успею достать, но вот вы, милые дамы...
— О, я уверена, вам оно гораздо нужнее, — настаивает МакКиннон. — Правда, Лилс-ик?
— Почему же? — хмурится тип.
— Скажу честно, и, но это только между нами, потому что вы мне очень симпатичны-ик, — она наклоняется и доверительно шепчет, чтобы не привлекать много внимания, — я знаю, кое-кого в Аврорате, а моя подруга — кое-кого в Отделе Тайн. И я убеждена, что когда правда всплывёт, вам очень пригодится удача, а ещё любовь судей Визенгамота. И выносливость, если вы захотите побегать от Азка... Ик.
Она не договаривает, потому что сомнительного типа больше нет напротив. Отборно ругаясь, он так спешит удрать из трактира, что его скорости позавидовало бы любое зелье ускорения, которое могло бы заваляться у него в арсенале. И даже забывает зелья.
— Прости-ик. Мы так редко видимся, что не хотелось бы, чтобы наш вечер ностальгии накрылся из-за какого-то стрёмного мужика. Он портил нам девичник. — Затем, глубоко расчувствовавшись и подавшись порыву, она заключает подругу в крепкие объятия. — Видимо, не такие они и ценные, — замечает она, отпустив Лили, кивая на флакончики с зельями. Хотя, раз он не стал их пить, то не совсем уж они и безопасны. — Хочешь поизучать их у себя в лаборатории или могу я.. Хотя, нет, никакой сегодня работы! — отмахивается Марлин. — Аберфорт, нам, пжлста, два виски. Так и на чём мы остановились?
[icon]https://upforme.ru/uploads/001b/b8/74/410/773214.jpg[/icon]
[indent]Сириус посмотрел на Джеймса, предлагающего нарядиться в кучу тряпья с таким выражением лица, будто только что увидел, как кентавр танцует чечетку.
[indent]- Знаешь, Поттер, я сейчас на все готов. Если моя девушка от меня что-то скрывает, я должен знать, что.
[indent]Он вытащил темно-синий плащ, и быстро натянул на себя. – Шляпку с вуалью? Нет, поищи мне такую же, но без вуали. А я пока еще посмотрю, что там происходит, - он снова припал к стелу, протерев его рукавом плаща.
[indent]- О нет… Ну нееет… - он, не оборачиваясь, дернул Поттера за воротник, - я, кажется, только что видел то, чего видеть не должен был. И теперь не знаю, как с этим жить! Там с ними какой-то мужик в пальто! И вот как бы тебе это сказать, - Сириус сделал театральную паузу, - и этот мужик... перед ними прямо там раздевается! Я не шучу, Джеймс. Он распахнул пальто, и, я так думаю, под пальто у него ничего нет. Голый мужик в «Кабаньей голове» в два часа ночи - это, конечно, не самое странное, что может произойти в этой забегаловке, но все равно… куда катится репутация этого заведения?
[indent]Долго сокрушаться так было невозможно, поэтому Сириус снова заглянул в мутное, затянутое паутиной окно, комментируя происходящее:
[indent]- Мужик говорит с Лили. Он трясет перед ней… флаконами с зельем. И они с Марлин смотрят, - Сириус прищурился. – Может это зелье для потенции? Поттер, у тебя что проблемы с твоими помидорами? Если бы были, ты бы мне рассказал? Ну ладно, допустим нет и это какое-то редкое зелье для чего-то очень странного, - он снова протер стекло рукавом, потому что в первый раз это вообще не помогло.
[indent]- Так, а вот теперь у Марлин что-то с лицом. У нее такое лицо… она либо пытается сдержаться от смеха или ее тошнит – одно из двух. Может, она беременна? – Сириус содрогнулся от своего предположения. – Нет, она бы мне сказала.
[indent]- Ооо, Поттер. Марлин трясет перед мужиком деньгами! И мужик... убегает. Марлин обнимает Лили… и гладит по спине, - Сириус отстранился от окна и посмотрел на Джеймса с совершенно серьезным лицом, что само по себе было тревожным знаком. - Слушай. А что, если это Лили беременна? Я, конечно, не эксперт по женским делам, но Марлин ее явно утешает.
[indent]Он поднялся, отряхнул колени и кивнул в сторону кучи старого барахла, которые Поттер уже разрекламировал.
[indent]- Ладно, ты нашел шляпку? Нам нужно попасть внутрь. Давай я тебе тоже что-то поищу, - он подошел к куче и начал рыться, вытаскивая какие-то невероятно уродливые вещи. Первой ему попалась мантия с вышитыми золотыми снитчами, - так, это не подойдет. Слишком яркое. Это тоже. О, а вот это... - он вытащил мантию, которая была настолько велика, что в ней можно было спрятать еще двоих. - Это то, что нужно. Поттер, ты будешь похож на привидение, которое слишком долго не могло найти покой. Или на очень грустного дементора. В любом случае, никто не станет смотреть тебе в лицо, - он сунул мантию в руки Джеймса.
[indent]- Отлично, - сказал Сириус, когда они оба нарядились в тряпье. - Теперь мы выглядим как два очень подозрительных типа, которые точно пришли сюда не за чаем. Идеально, никто не обратит внимания.
[indent]Они обошли здание с заднего двора, стараясь не шуметь, и подошли к черному ходу. Дверь скрипнула, но внутри было шумно - кто-то ругался, кто-то смеялся, играла какая-то музыка, которую Аберфорт, видимо, включал от скуки на своем стареньком зачарованном граммофоне. Сириус проскользнул внутрь первым, огляделся и махнул Джеймсу рукой.
[indent]Внутри «Кабаньей головы» было темно, накурено и пахло чем-то прокисшим. За стойкой скучал Аберфорт, протирая кружки тряпкой, которая когда-то, возможно, была белой. В дальнем углу сидели несколько мрачных типов в капюшонах, которые не обратили на вошедших никакого внимания. И где-то там, за одним из столиков, были Лили и Марлин. Сириус скользнул в самый дальний угол, за столик, который был наполовину скрыт колонной, и потянул Джеймса за собой. Они сели так, чтобы видеть девушек, но не быть увиденными. Сириус надвинул шляпу пониже и наклонился к Джеймсу.
[indent]- Так, - прошептал он, не сводя глаз с девушек. - Мы внутри и мы замаскированы. Мы выглядим как идиоты. Теперь осталось понять, что, черт возьми, здесь происходит. И, Поттер, если они нас заметят, то ты сам первым объясняешь Лили, что мы тут делаем. Потому что я не собираюсь объяснять Марлин, почему мы следили за ними в «Кабаньей голове» в два часа ночи. Она меня убьет. И, честно говоря, я не уверен, что буду сопротивляться.
Пока Джеймс как шопоголик рылся в куче тряпья, отыскивая то, что им поможет скрыться от глаз посетителей "Кабаньей головы", а точнее от двух пар любопытных глаз. Сириус снова решил рассмотреть, что происходит внутри. Поттер слышал его едва-едва, благодаря тому, что на улице ничего не было. А звук из таверны Аберфорта не был слышен на улице. Поэтому, не отрываясь, парень слушал отчет с места событий.
Поттер потёр кадык после того как Блэк сильно дернул его за воротник, привлекая к просмотру. Чуть не задушил, собака сутулая, - подумал Джеймс и прильнул носом к стеклу. То, что он видел, ему совсем не нравилось, а еще все эти флакончики на столе и шутки-прибаутки друга.
- Какие проблемы?! – чуть не закричал волшебник на всю улицу. – Да мои помидоры помидористей твоих будут. Только давай мы сейчас мериться не будем. А то упустим все на свете.
Поттер отклеился и снова занялся кучей тряпья, вполуха слушая комментарии Сириуса.
- Трясет деньгами, он что, - Джеймс попытался вспомнить, – ну кто там, у магглов танцует и раздевается за деньги? Может один забрел сюда? Вдруг неплохой бизнес, - задумался Сохатый. - Лили. Беременна, - прошептал Джеймс и замер с открытым ртом. Он забыл про тряпье, про то, что они торопятся про мужика с флаконами и даже про помидоры. Он не был силён в вычислениях, к тому же они все-таки взрослые люди и, несмотря на разные графики, иногда встречались и, конечно, между ними был секс. А что если это правда? Хотя зачем тогда Лили какой-то мутный мужик еще и зелья? А что если она беременна не от меня? – волна холода пробежала вдоль позвоночника. Злость волной затопило душу, а раздирающее чувство атаковало сердце. Это была ревность, которая ослепляет глаза и туманит разум. Джеймс был готов ворваться в двери и узнать, что девушка сказала ему все в глаза. Друг суёт мантию ему в руки и это приводит в чувство.
В "Кабаньей голове" было не так многолюдно, но на странных они явно не походили. Джеймс поморщился от витающих в воздухе ароматов и хотел уже сесть как можно ближе к девушкам, чтобы слышать, о чём они говорят. Он даже забыл, что маскировка у них не самая удачная. Но Блэк уже потащил его в дальний угол и буквально впихнул в стул. Джеймс ударился спиной о край подоконника и опомнился. Он пытался взять себя в руки, но они все равно предательски дрожали.
- О, я ей объясню, - горячо ответил Поттер, пытаясь не сильно поворачивать голову. Ему было не очень удобно следить за девушками, и он полностью положился на Сириуса, хотя когда тот наблюдал последний раз, то выдал такое предположение. От которого до сих пор в ушах звенело и хотелось кого-то ударить.
Чтобы меньше выделяться двое друзей заказали джин.
- Что там происходит? – спросил Джеймс, впиваясь глазами в Сириуса. – Надо было сесть ближе, чтобы слышать, что они говорят. Как мы сейчас будем их подслушивать, чтобы в удачное время подойти. Или ты хочешь весь вечер просидеть в этих лохмотьях? Они, кстати, воняют, - Поттер понюхал свою мантию и поморщился.
В заведении все время что-то происходило: кто-то шумно обсуждал последние новости, кто-то смачно рыгал и извергал проклятья, кто-то смеялся, а другие – ссорились. В углу трое играли в волшебные карты и схватка шла явно ожесточенная.
Появлялись какие-то темные фигуры, уродливые, замотанные в ужасное тряпье; а кто-то уходил.
Интересно, как долго Аберфорт будет заниматься посетителями и когда уже он?.. а, впрочем, Лили было так весело, что она даже успела забыть истинную цель, из-за которой они тут и оказались.
Эванс было очень смешно. Смех буквально душил ее, но она старалась сдерживаться: плотно-плотно сжала губы, отчего ее лицо покраснело, а щеки надулись. Когда же тип, распахивающий перед ними свою мантию, наконец сбежал – Марлин очень грамотно его спугнула, Лили уже не выдержала. Она развернулась и порывисто обняла Марлин, уткнувшись ей в плечо лицом. А затем глухо расхохоталась – сдерживаться и дальше не было сил. Правда со стороны могло быть и не понятно: смеется девушка или ревет, но кого волнует, что подумают полуночные пьянчужки, собравшиеся в «Кабаньей голове»?
Лили все булькала и булькала, хохоча. И успокоиться смогла далеко не сразу. Лишь затем она, немного придя в себя, отстранилась, ладонями вытирая слезы с лица. Ей было так смешно, что она даже расплакалась.
- Аааа.. я заберу все! – решила Лили, протягивая руку и беря один из пузырьков. Встряхнула его и подняла повыше, пытаясь посмотреть на просвет. Впрочем, от свечей было мало толку, и единственное, что было видно, так это как жидкость, похожая на чуть загустевшее масло, перемешивается внутри флакона неспешно и размеренно. Второй флакон, хотя и отличался цветом, но консистенцией – не очень. В итоге Эванс все три пузырька спрятала в карман своей школьной мантии и каким-то беззаботным видом дернула галстук, который и без того был завязан у нее из рук вон плохо.
- Знаешь, - шепнула она Марлин, - если там чот опасное: то я найду его и посажу! Вот так! Хотя.. чот я думаю, что там просто подкрашенная ватер и сахароза!
Последнюю фразу Эванс где-то слышала, хотя и не могла вспомнить где именно, но ей, уже будучи изрядно пьяной, показалось уместным вставить ее сейчас.
А вот предложение МакКинон еще выпить, Лили встретила с энтузиазмом. В самом деле: не сидеть же им здесь просто так! Ведь и засохнуть можно!
- Да! Эй! Терять нечего! Выпивки нам!! Несите скорее!! – крикнула она и махнула рукой.
Мимо процокала копытцами коза с удивительно важным и высокомерным выражением морды. Принесли выпивку и Лили сразу схватила свой стакан, чокаясь краешком со стаканом Марлин.
- За это.. ну, чтобы нам никогда такие зелья не нужны были! – провозгласила она тост. – Особенно это.. оранжевое, которое поднимает и заставляет бежать марафон!
Побежали
Осень
За аватар спасибо волшебнице!
Остановились они на выпивке. Лучшая остановка для вечера пятницы в компании лучшей подруги. Марлин полна решимости не сходить с неё до самого утра, несмотря на то, что среди попутчиков сплошные маргиналы, преступники и козы — или пока Сириус и Джеймс на правах авроров не объявят их с Лили в розыск, потому что они вели себя слишком подозрительно.
Вела ли она себе подозрительно, когда сообщила, что проведёт время с Эванс? Мак не помнит. Но она определённо сказала, что останется с подругой. Или что та останется у неё? Это тоже забылось, но можно решить по ходу дела. Но она точно что-то говорила и уверена, что не дала воображению Блэка поводов додумать что-то не то. Не то чтобы воображению Блэка нужны поводы, чтобы что-то не то додумать, он сам успешно справляется, но они с Лили не анимаги, спасибо большое, так что, как минимум, Сириус точно не будет представлять, как они носятся по лесу в животной форме голышом, и беспокоиться из-за этого.
Приносят выпивку, и беспокойство Марлин о том, о чём может беспокоиться Сириус, куда-то улетучивается. Или скорее оседает на дне стакана, который материализуется перед ней на столе. Мак поддерживает тост подруги, с поспешностью пьяного, кто готов за любой кипиш, кроме трезвости.
— Нам? Ты что? Никогда, ни за что, — авторитетно заявляет она, салютуя, едва сдерживая смех. — Ну и нам то ладно. Главное, чтоб они не понадобились Блэку или Поттеру, особенно оранжевое, с их любовью к... — она умолкает, потому что возле их столика останавливается одна из коз довольно забавной формы и так внимательно таращиться на них, гипнотически пережёвывая жвачку, что у Мак вылетает из головы всё, что ещё не вылетело. Она пялится на козу, коза — на неё, и тогда Марлин понимает, почему та выглядит так странно: — О, ого, да ты беременная. — От потрясения замечание вырывается само собой. Слово звучит слишком нелепо, явно не вписываясь в антураж трактира. Но Мак никогда прежде не видела беременных коз и не удержалась. Выходит так громко, что кто-то из посетителей "Кабаньей головы" даже оборачивается — ещё бы нет, в таком месте, наверное, можно обсуждать что угодно, контрабанду, грабёж, сбыт краденого, убийство, любые нелегальные сделки — но никогда беременность. — Коза, — уже шёпотом добавляет она, продвинувшись к Эванс, в полном восторге, и обильно жестикулирует. — Она беременная, и очень глубоко. Смотри, какая хорошая. И точь-в-точь как беременная самка граниана, только маленькая, без крыльев и с рогами. Интересно, сколько их там внутри? Надеюсь, она не будет рожать здесь и сейчас. А то я могу расчувствоваться и захотеть принять роды, — признаётся Мак, отпивает огневиски и чуть морщится. — Пару лет назад я принимала роды у Клуаран. Ты не представляешь, какое это чувство, когда у тебя новорожденный жеребёнок на руках. Они такие хорошенькие, тёплые, крошечные, и их крылышки почти прозрачные, хотя они не сразу начинают ими работать,, — она улыбается воспоминанию и протягивает руку к козе, но та гордо дёргается, вызывающе взмахивая рогами, и неуклюже удаляется, виляя вздутыми боками. — Вот коза, — обиженно бормочет Марлин, а затем хохочет. Она поднимает пойло. — Тост. Поменьше нам в жизни всяких козлов! — торжественно произносит Мак и отпивает ещё. Морщится сильнее, потому что с каждым глотком напиток кажется невыносимее. — Аргх! И кстати о козлах, — спохватывается она, едва не отплёвываясь — что бы Аберфорт не разливал за стойкой, нормальным виски там не пахло. Вообще здесь ничем нормальным не пахло. Но надо было просить сразу бутылку, невскрытую, но кто бы думал, что их так надуют. Самое время бы спросить, почему в заведении под названием "Кабанья голова" полно коз, ни одного кабана и сплошной обман повсюду, но это тоже больше вопрос к Аберфорту, а у Лили ей узнать хочется другое: — Почему "Кабанья голова"? — любопытствует она. — Если суть была в том, чтобы выпить не дома и без аврорского надзора, то в "Дырявом котле" выпивка не такая дерьмовая.
[icon]https://upforme.ru/uploads/001b/b8/74/410/773214.jpg[/icon]
Отредактировано Marlene McKinnon (Вчера 20:15:32)
Вы здесь » Marauders: forever young » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » 24.08.1979 Личное дело каждого [л]
