ㅤЗа сегодняшним матчем Майлз наблюдал со скамьи запасных — особой трибуны, куда помещали тех, кто недостаточно хорош для основного состава команды, но кому, в случае получения травмы игроком, предстояло прийти на выручку товарищам. Стать надеждой факультета на победу, мощную и яркую, свет от которой не померкнет даже через месяц. По крайней мере, такие выигрыши рисовались в головах юношей, в руках которых, подобно их сердцам, влюблённым в квиддич, горели черенки мётел.

ㅤКосматый четверокурсник, беззаботно расставивший бёдра, что потеснили сидящих рядом с ним слизеринцев, а также громадные сапоги, подошвы которых то и дело заставляли доски под ними скрипуче постанывать, втянул большую часть своих губ. Его большие и чёрные, как у быка, глаза лениво проплывали по горизонту, почти не пытаясь угнаться за охотниками. В отличие от прочих «запасных», он не выкрикивал подбадривающие речёвки. И не хватался за голову, когда вражеский квоффл пролетал сквозь кольца, а только изредка покачивался из стороны в сторону, создавая соседям чрезмерные неудобства. Но никто не осмеливался ему что-либо возразить: в свои пятнадцать этот здоровяк выглядел чересчур… крупно? Вот только, пожалуй, в целом замке не было чародея, способного отправить этого борова, растолкавшего по стенкам загона несчастных поросят, на убой. Хотя пытались многие… 

ㅤ— У него амулет, — не ставя цель быть услышанным, заявил верзила и вытянул свою тяжёлую перчатку в направлении МакГрата, пролетевшего вдоль трибун. Достаточно близко, чтобы разглядеть что-то, что удерживал его сжатый рот и, по мнению Гиббона, давало неоспоримое магическое преимущество. Младшекурсники сделали вид, что не заметили сказанное парнем, однако это нисколько не смутило его уверенности в своей правоте. Если бы рядом оказался кто-то из студентов, таких как Бишоп-старший или Люциус Малфой, то дальнейшая инициатива свелась бы на нет. Однако ни первого, ни второго, ни кого бы то ещё, кто мог бы повлиять на решение Майлза, по близости не было. А потому, вскочив с нагретого ягодицами места, волшебник поспешил в раздевалку: игра, к которой глазастый быстро потерял интерес, подходила к концу.

ㅤПостояв в засаде какое-то время, брюнет оживился, когда в поле зрения попал долгожданный Ярлат. Массивные пальцы вцепились в предплечье парня, словно в тоненькую тростинку, и затянули жертву в тёмное помещение, служившее местом хранения бит загонщиков. На удачу Гиббона, рейвенкловец плёлся позади пернатой команды, отчего его похищение осталось незамеченным.

ㅤ— Дай посмотреть, — тише, чем обычно, произнёс громила, возвышаясь над третьекурсником. Запах Майлза мало отличался от пропотевших насквозь игроков, хотя за матч слизеринец ни разу не коснулся метлы. Неразборчивая речь (из-за опасения быть услышанным: ребята, проходившие мимо, могли дать отпор), за которой последовал ничего не проясняющий взгляд — идеальное сочетание, чтобы собеседник тебя «понял». В какой-то момент глаза чародея поглотили губы, сокрывшие загадочный предмет, чтобы мгновение спустя пустить его по пищеводу…

ㅤ— Ну ты и кретин, — выдав на лице смесь из удивления и недовольства, заключил парень. Что ему хотелось увидеть? Метлу, синяк от бладжера? Или… зарисовки по астрономии за третий курс? После уточняющего вопроса, заданного МакГратом, Гиббон простоял в молчании секунд двадцать, а после похлопал рейвенкловца по левому наплечнику, отчего тот нещадно скосился.
     
ㅤ— Ничего, — очередная пауза, и взгляд студента опустился к битам. — Само выйдет...

Отредактировано Walburga Black (06.08.2026 02:17:30)

ㅤОбратная сторона метлы упёрлась в мощную грудину Майлза, словно древко копья, тщетно пытающееся остановить дракона, каждый миллиметр которого был покрыт стальными чешуями. Глубокие, но совершенно бездумные глаза неохотно моргнули, когда что-то ниже их наткнулось на препятствие. И тут же переключились на чародея, решившего сыграть в отважного героя — бесстрашного рыцаря, вообразившего спасти принцессу, которой, в общем-то, и не было.

ㅤВозможно, неприхотливому старшекурснику было бы всё равно на смелую выходку  — даже если бы тесак с кухонь Хогвартса, с трудом удерживаемый двумя эльфами, каким-нибудь волшебным образом застрял у Гиббона в спине (например, аккурат между лопаток), то за этим не последовало бы никакой реакции — но Ярлат предпринял фокус, принять участие в котором пришлось и слизеринцу. Брошенная на землю спутница вскоре оказалась поддета ногой ирландца, а затем — прошлась прямо по «бладжерам» студента, что мгновение спустя поднялся к сводам тесной, но непропорционально высокой кладовки.

ㅤ— Дерьмо нарла, — произнёс Майлз от неожиданности, прежде чем накрениться набок и, не ощутив меж бёдрами достаточной опоры, досадно соскользнуть. Но не упасть! Жилистая ладонь парня ухватилось за хрупкий черенок и удерживала здоровяка в воздухе, пока тот не расслабил пальцы. И не сорвался к битам, породив жуткий гром, сравнимый с падением Лестничной башни.

ㅤ— М-р-р-г-х-а-а! — несдержанно зарычал пострадавший, прижавшись корпусом к правой ноге. Видимо, её старшекурсник и вытянул, попытавшись приземлиться. — Что б тебя… п-х-а-а-а! — дабы не прокричать большего, а главное — не привлечь внимание рейвенкловцев, Гиббон зажевал скосившийся рот и гневно, с долей детской обиды, посмотрел на МакГрата. Лицо слизеринца покрылось пылким пунцом, а нос стал грубее, чем прежде.

ㅤНаконец, перетерпев последствия неудачного полёта, сроднившего его с проигравшей командой, потомок румынской колдуньи вскочил на доски, стараясь не задеть валявшиеся у ног дубинки, и понёсся на дерзкого обидчика. Прямого столкновения со слизеринским бычком Ярлат мог и не вынести... оставалось помолиться! Или уклониться до момента, пока между двумя не станет слишком тесно. Снова (второй раз за день).

ㅤГлядя на Ярлата в действии, любой бы подумал, что парнишку взяли в сборную факультета не просто так: его находчивость, совмещённая с быстротой реакции и смелостью поступков, превращала рейвенкловца в опасного соперника. И не только на квиддичном поле. Однако план отчаянного ирландца сработал наполовину: его подвело отсутствие разгона, вызванное теснотой помещения. Если бы дверь в кладовую была открыта, волшебнику хватило бы времени, чтобы взлететь. Но именно в это недостающее мгновение пальцы четверокурсника впились в синеву накидки МакГрата и резким движением сбросили юношу. А затем, не расставаясь с всхлипнувшей тканью, грубо потянули бедолагу к балкам, отрывая «хвост» орлёнка от земли.

ㅤВзгляд обидчика сравнялся с тенью глаз, искусно очерченной чужими бровями. Густыми, чёрными и напряжёнными. Не доверяя крепости сине-чёрных тряпок, слизеринец оставил оппонента, но только для того, чтобы вмять его своим предплечьем. Почти безболезненно, но в самую шею. Теперь между ними не было расстояния — повторного побега не предвиделось. Только Майлз, Ярлат и доски, упёршиеся последнему в спину. Дыхание широкой груди ощущалось сквозь толстый слой экипировки: тяжёлые рёбра Гиббона буквально распирало от гнева, а крупные мышцы «примата» обрели угрожающую твердь.

ㅤВ решающий момент, сравнимый с неожиданным, но очень громким хлопком в ладоши, после которого волшебники вздрагивают, будто от взрыва закипающего котла, дыхание верзилы стабилизировалось, потеряв стихийный напор. Массивный кулак, взмывший над чародеем, решившимся противостоять зверю, повис в воздухе. Но жёсткая пластина, прикреплённая к руке, что удерживала МакГрата, оставалась неподвижной. И, кажется, ничуть не смущалась от создаваемых студенту неудобств. 

ㅤ— Слушаю, — с жаром в голосе проговорил Гиббон, отсылая к произнесённому до стычки предложению. Очертания его лица стали спокойнее, приняв прежнюю пофигистичность. Однако полагать, что Майлз отпустит парня без синяка под глазом, раньше времени явно не стоило: его ручища были в боевой готовности. Неспешно опустив голову, задира вздохнул, а после пнул сапогом древко метлы, отчего спутница охотника «покатилась» к разбросанным битам.

ㅤЕдинственный шанс на спасение был устранён: вряд ли студенты, играющие в квиддич, таскали на поле волшебные палочки. Они могли не только сломаться, но и стать внезапной помехой во время полёта. А без своевременного обращения к чародейству мало кто из учащихся был способен противопоставить громиле что-либо. Как и поквитаться за проигрыш в дальнейшем: окружение парня не давало любимца в обиду, пресекая любые попытки продвинутой магией.

Отредактировано Walburga Black (16.08.2026 00:58:03)

ㅤМайлз контролировал свободолюбивые «потуги» Ярлата, однако не был уверен, что третьекурсник не захочет улизнуть от него за дверь. Попытка вывести рейвенкловца на чистую воду — МакГрат, по мнению слизеринца, использовал в игре запрещённый правилами амулет — привела к потасовке. Диалог не задался с самого начала — это понял и сам охотник. Гиббон выслушал своего оппонента, прежде чем отвёл могучее предплечье, чтобы тот наконец-то вздохнул. Спокойно, без насильного стеснения. Данный поступок не был жестом доброй воли, напротив: если дерзкий парнишка нарушит данное чародею слово, то станет легальной мишенью для всего змеиного факультета. Трусость и отсутствие чести, удобно приплетаемые хитрецами для обличения неугодных Слизерину учеников, работали лучше позорных прозвищ — они развязывали руки, давая задирам повод для травли.

ㅤТемноволосый волшебник не видел в Ярлате соперника. Пока тот не учудил представление с метлой, невольным участником которого пришедшему поговорить студенту «посчастливилось» стать. Это сделало МакГрата законной целью для ответного нападения. Особенно в обезображенной особой философией голове Гиббона, что придумывал своеобразные принципы, которым, как несложно догадаться, должны были следовать окружающие. С какой стати — это верзилу не волновало. В отличие от нарушения вывернутого наизнанку «морального кодекса», успешно оплёванного заскулившим парнем. Одно неверное движение с его стороны, и четверокурснику ничего не останется, кроме как хорошенько проучить наглеца кулаками.   

ㅤ— Ты жульничал, — скрестив мышцы на груди в знак демонстрации физической силы, произнёс Майлз. Его язык поднялся к нёбу, а затем вжался в верхний ряд зубов. — Признай это, — уверенно заключил он, не отводя от брюнета бездумного взгляда. Поддразнивающий смешок разрядил тяжёлую обстановку, сквозившую недопониманием. Прислушавшись к ликованию «пернатых», донёсшемуся из далёкой раздевалки, слизеринец неодобрительно цокнул.

ㅤ— Ты держал её ртом. Я видел, — подметил он, а после указал подбородком на «прожорливое» туловище. — Ту штуку, — не особо понимая назначение воображаемого предмета, крепыш важно вздёрнул нос и приспустил горячие веки. Гиббон нуждался в скорейшем ответе. На вопрос, что был оглашён им неправильно. Львиная его часть не слетела с монотонных губ подростка, оставшись где-то под толщей лба. Именно эта черта в общении больше всего пугала младшекурсников, тщетно пытавшихся вспомнить всё, чему их учили на занятиях по прорицаниям. Лишь бы сказанное ими сошлось с ожиданиями здоровяка, не любящего тех, кто разбрасывается словами понапрасну.

Отредактировано Walburga Black (19.08.2026 02:16:39)

ㅤНа мгновение лицо Майлза стало более расслабленным, отчего показалось, будто его надбровный валик немного приподнялся. Его большие, но симметричные и ровные зубы изобразили подобие глуповатой улыбки, за которой последовало безвкусное продолжение:

ㅤ— Я идиот? — взгляд пустых глаз остановился на МакГрате, а лицо на какое-то время замерло, словно его запечатлели на маггловскую фотоплёнку. — По-твоему, — гнусаво добавил маг, прежде чем напряжённо выдохнуть. Шаг назад, проделанный тяжёлым башмаком, подарил обманчивую надежду: слизеринец не собирался отпускать игрока в квиддич. Особенно в обход правил своего внутреннего «морального кодекса».

ㅤ— Правый или левый? — посмотрев на дверь и утомлённо цокнув языком, Гиббон предоставил третьекурснику выбор. Как и до этого, толком ничего не объяснив. Логику чародея, если она и существовала, было крайне сложно просчитать. Педагогический совет хватался за головы, пытаясь вывести брюнета на чистую воду. Но он, как и румынские предки его матери, был неуловим: настоящий «конокрад», который делает намного раньше, чем успеет подумать.

Отредактировано Walburga Black (12.09.2026 20:17:34)