Перо издало щелчок о пергамент, оставив после себя кляксу. Рука остановилась, отказываясь продолжать писать. Желание спрятать все свои зарисовки и больше никому их не показывать с каждой секундой все сильнее сдавливало легкие. Лекс снова представляла, как ее не поймут, как будут смеяться, перебрасывая ее блокноты из рук в руки, пока она будет безуспешно пытаться вырвать свои исписанные листки у обидчиков. МакФасти не испытывала к ним ненависти, скорее, острое, горькое чувство глубокого разочарования. Ей нравилось писать, создавать маленькие, порой комичные зарисовки, искренне полагала, что, поделившись творчеством с однокурсниками по факультету, получит ценные советы о том, как двигаться дальше, но реальность оказалась куда менее благосклонной — ребята просто посмеялись, зачитывая вслух ее стишки. Ей хотелось провалиться сквозь землю и больше никогда не показываться на глаза. Хорошо, что Кассиана в этот раз не было в гостиной, она бы не выдержала, если бы Эббот тоже услышал этот позор.

Так Лекс оказалась в отдаленном коридоре северного крыла, месте, где редко кто появлялся. Она удобно расположилась у окна, закинув свою сумку с учебниками на подоконник. Впереди час тишины и размышлений. Подальше от насмешек и задир, что не смогли оценить ее тонкую душевную организацию. Ничего, сейчас МакФасти соберется с духом, перестанет себя жалеть и напишет пару красочных стихов про каждого из них. И выложит на доску объявлений, чтобы все посмеялись. Однако по какой-то необъяснимой причине перо отказывалось выводить что-либо обидное.

Лекс фыркнула, скомкала очередной листок, который показался ей неудачным, и бросила его куда-то в сторону сумки.

«Не достойны просто»

Гордость? Вполне. Лекс была не из тех, кто спокойно дал бы себя в обиду. Но тратить драгоценные минуты на сочинение рифм к их именам казалось чем-то банальным, это время можно было бы использовать для чего-то гораздо более полезного. Тень сомнения легла ей под ложечку, когда она снова прокрутила в памяти ту сцену, где все хохотали. Она еще не показывала свои стихи Кассиану, и, возможно, у нее действительно не было никакого таланта к рифмам, и ей стоило бы направить свою бурную фантазию в совершенно иное русло.

Отредактировано Leksis MacFusty (28.02.2026 15:53:37)

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

Лекс поначалу не обратила внимания на появившуюся в коридоре девочку. В конце концов, она сидела не в личной комнате, поэтому ничего удивительного в том, что тут может кто-то проходить, не было. МакФасти в очередной раз вперила свой пристальный взгляд в чистый лист бумаги, горячо надеясь, что нужные строчки и рифмы сами собой начнут проявляться и избавят ее от необходимости прикладывать умственные усилия для придумывания. Однако шорох где-то рядом никуда не пропадал, и девочка, не выдержав, наклонилась вперед, выглядывая с подоконника, на котором сидела.

Перед ней разворачивалась какая-то немая, но явно напряженная драма, разыгранная в трех актах. Губы Лекс слегка дрогнули в улыбке, потому что она прекрасно понимала смятение этой незнакомой девочки. Память на лица порой подводила, но если МакФасти не ошибалась, то видела эту особу во время церемонии распределения в Большом Зале.

Ей ужасно хотелось не мешать этой девочке дальнейшему самоуничижению, учитывая, что Лекс сама была до краев переполнена собственными мыслями и делами, но настойчивое чувство необходимости деликатно указать на свое присутствие не покидало ее. Вздохнув, взвесив все возможные "за" и "против" в своей голове, она все-таки решила дать о себе знать.

— Эй, вороненок, облюбовываешь все стены замка? — Она пером указала на стену, о которую неловко опиралась девчонка. Вычислить по эмблеме на мантии, с какого именно факультета эта незнакомка, не составило никакого труда, но говорить просто «Эй, ты!» Лекс считала верхом бестактности и дурным тоном. Ее матушка, несомненно, прочитала бы ей целую лекцию об этикете, но, впрочем, она бы зачитала ее и без этого повода. — Возможно, если ты поделишься своими мыслями, то я смогу тебе помочь. Во всяком случае, я считаю себя куда полезнее, чем эта голая стена, — добавила она с легким, игривым смешком.

Взгляд Лекс тут же вернулся к своему пергаменту. Она обратно облокотилась о стену, решив, что закончит свои стихи позже, в более подходящей обстановке — либо в гостиной, либо в своей комнате, поэтому поспешно убрала все свои принадлежности в сумку. В этот момент она заметила, что бедная первокурсница начала заметно трястись и дрожать, и, видимо, Лекс своим внезапным обращением успела только еще сильнее ее напугать. МакФасти осознала свой прокол, начала барабанить пальцем по коленке и лихорадочно думать, как бы сгладить неловкость в их еще толком не начавшемся общении.

— Меня зовут Алексис, но можешь звать меня просто Лекс, так мне привычнее и проще, — девочка еще раз прошлась изучающим взглядом по первогодке, прикидывая, куда та могла направляться и что делать в этом тихом крыле замка. — А где твой префект? И разве первокурсники не держатся стайками, пока полностью не изучат все расположения кабинетов в замке? — Она неловко убрала выбившуюся прядь волос за ухо, вспоминая, как сама когда-то путалась и терялась в замке. Благо, они всегда передвигались небольшими компаниями, и МакФасти почти никогда не испытывала страха, потому что Кас, как правило, отвечал за прокладывание маршрута по всем кабинетам. Они не редко терялись, но вдвоем потеряться было не так страшно, нежели когда ты один бродишь по пустым и гулким коридорам. — Куда ты держишь путь? Может, тебя проводить?

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

Леона выглядела как воробушек, оправдывающийся перед грозной птицей-Лекс. Это в какой-то степени даже выглядело забавно, поэтому МакФасти лишь сдержанно улыбнулась.

— Я? — она одарила первокурсницу удивленным взглядом. — Похоже, на данный момент мне отведена роль луча света, который укажет тебе верный путь к аудитории трансфигурации.

МакФасти соскочила с места, на котором сидела, аккуратно укладывая оставшиеся вещи в свою сумку. Желание оставаться здесь и наслаждаться одиночеством испарилось. Она могла утешить себя и залечить свои слегка уязвленные амбиции в другом месте, а в крайнем случае, она просто выбросит все свои стихи и перестанет их сочинять. Или, наоборот, будет — назло всем обидчикам. Она намеревалась доказать каждому, кто смеялся над ее мнимым великим дарованием, что они ошибались.

— Любишь поваляться в кроватке? — Лекс лукаво прищурилась, изогнув бровь. Она не собиралась ни дурачиться, ни унижать эту сонную пташку, но в данной ситуации начинать пугать ее тем, как строго профессор относится к опозданиям, было не лучшей стратегией. Иначе МакФасти, возможно, придется брать на себя роль утешителя, если у этой юной пташки начнется настоящий приступ паники. Поскольку Лекс не была экспертом в успокоении расстроенных, она предпочитала придерживаться принципа: не навреди. — Могу понять, как трудно бывает оторваться от одеяла. Пойдем, потерявшаяся душа, я провожу тебя до нужного кабинета.

Лекс решительно взяла свою сумку и направилась по коридору, краем зрения контролируя, чтобы потеряшка не отстала от нее.

— Все теряются в первые недели, поэтому в этом нет ничего постыдного, — сказала девушка, сворачивая за угол, направляясь к лестничному пролету. — Если вдруг возникнут какие-либо вопросы, ты можешь обращаться ко мне, если, конечно, ты увидишь меня раньше, чем любого из префектов Рейвенкло, — Лекс обернулась, подмигнув ей. — До каких кабинетов уже выучила маршруты, где успела побывать? Уже нашла друзей? Как тебе в Хогвартсе?

Чем дольше девочки шли, тем больше вопросов Лекс задавала, надеясь тем самым отвлечь Леону от переживаний.

Отредактировано Leksis MacFusty (04.03.2026 12:46:48)

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

— Так просто? — Лекс несколько скептично выгнула бровь, оборачиваясь на девчонку. — А всегда надо искать сложности? Захотела — помогла, если бы не хотела, то даже не высунулась бы с окна, все достаточно просто, так и к чему усложнять?

Лекс спустилась на несколько ступенек ниже, обдумывая свою мотивацию помочь маленькой потеряшке. Учитывая, что она как-то недоверчиво относилась к незнакомым людям, ее вопрос казался весьма понятен. Может быть ей никто никогда не помогал просто так? Из какой она вообще семьи, Лекс даже не удосужилась спросить. Может они уже пересекались на каких-нибудь мероприятиях? Или, может быть, МакФасти слышала упоминание ее фамилии в разговорах родителей?

— Ты всегда делаешь то, что велит мама? — Вопрос сам собой вырвался, от чего Лекс затормозила, прикрыв глаза. Ей бы уже прилетел подзатыльник за такую бестактность. — Прости, я просто думаю, что нет ничего плохого в добрых неприятностях. А то так не успеешь опомниться, как нечего будет вспомнить о юности.

Они оказались на первом этаже. Подумав, МакФасти все-таки решила продолжить мысль, не хотелось обрывать разговор на такой ноте.

— Родители не могут защитить нас от всего на свете. Ты сказала, что любишь зельеварение, но в процессе приготовления зелья что-то, допустим, пойдет не так. Случится маленький "бум", это же своего рода тоже неприятность. Но, — Лекс с улыбкой посмотрела на Леону, — только тебе решать: вынести из этого урок, запечатлев в своей памяти забавный случай, либо ничего не выносить, продолжать собирать шишки дальше. Есть еще вариант — послушать родителей и не совершать никаких ошибок, это легко, если бы не было так сложно жить с мыслью о том, что ты должен соответствовать чьим-то ожиданиям.

Лекс вздохнула. Кажется, она слишком расфилософствовалась.

— Мои родители тоже постоянно просят не чудить, но слишком скучно жить, совершенно ничего не делая, — она пожала плечами. — Ничего плохого в добрых неприятностях нет, благодаря одной из них мы с тобой встретились.

МакФасти подмигнула, указывая на аудиторию.

— Мы пришли, потеряшка.

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

Лекс прищурилась, недовольно цокнув языком. Ее руки привычно скрестились на груди, а внутри кольнуло неприятное осознание: кажется, она перегнула палку. Девушка не ставила перед собой цели ударить по больному, но реакция на ее слова — зона ответственности Леоны. Подбирать слова, извиваться, стараясь не задеть чувства едва знакомого человека? Нет, это было не в стиле МакФасти. Да, вышло жестко, но Лекс не умела мяться или испытывать неловкость за свои слова. Зачем тратить силы на политес, если собеседник все равно не оценит попытки соблюсти светские приличия?

Алексис давно привыкла проявлять заботу только к близким людям. Леона едва была знакомой.

— Это был вопрос, — Лекс издала короткий, сухой смешок, надеясь, что столько бойкий птенец не воспримет этот смешок на свой личный счет, МакФасти просто хотела разрядить обстановку. Она нарочно отвернулась, изучая узор на каменной кладке стены, чтобы лишний раз не смущать потеряшку своим прямым взглядом. — Мне не нужно знать детали. Главное — чтобы ты сама в этом разобралась.

Когда Леона отвернулась, чтобы нащупать ручку двери, Лекс коротко выдохнула, чуть склонив голову набок. Она внимательно, почти изучающе осмотрела девочку со спины, фиксируя каждое ее напряженное движение — опущенные плечи, то, как подрагивали пальцы на металле. В груди неприятно заныло. Это была совесть? У нее? Кассиан бы присвистнул. Она не привыкла чувствовать себя виноватой, но сейчас это ощущение было почти осязаемым.

— Я буду говорить то, что хочу, — она пожала плечами, и в этом движении было больше попытки вернуть самообладание, чем безразличия. — Я не самый приятный человек.

Оправдываться перед девчонкой не собиралась, но, глядя на хрупкую фигурку первокурсницы, Лекс не смогла просто так уйти.

— Рада была познакомиться, маленький вороненок, — голос непривычно смягчился, а взгляд остановился на плечах Леоны, задерживаясь на мгновение дольше, чем следовало. — Не теряйся больше.

Лекс, не дожидаясь пока девочка зайдет в кабинет, резко развернулась и направилась прямо по коридору. Захотелось перекусить что-нибудь вкусное.

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

— Мерлин, Кас, если я еще раз задержусь в общем зале дольше положенного, просто стукни меня, — проворчала Лекс, с трудом прокладывая себе путь сквозь плотную толпу учеников. Стоило им задержаться всего на три лишние минуты, как коридор на первом этаже превратился в зону боевых действий. Находиться здесь стало просто невыносимо: столько снующих из стороны в сторону школьников… Кто вообще составлял их расписание, если в девяноста процентах случаев половина школы вынуждена околачиваться в одном крыле?

МакФасти могла бы еще долго предаваться критике странной системы образования и логики составителей занятий, если бы не резкий толчок куда-то в область плеча. Зашипев от неожиданности, девушка инстинктивно вцепилась в плечо Эбботта, чтобы сохранить равновесие.

— Какого… — уже готова была сорваться с языка ругань, но взгляд Лекс упал ниже, на Леону, которая, мелко дрожа, торопливо собирала разлетевшиеся по полу учебники. Опять этот вороненок. Тяжело вздохнув, МакФасти опустилась на корточки, чтобы помочь малышке с вещами. Протягивая книгу, гриффиндорка застыла: бедная первокурсница была в слезах. Лекс на мгновение растерялась, не понимая, что в такой ситуации делать.

Подняв взгляд на Кэсси, она вопросительно кивнула в сторону Леоны, безмолвно спрашивая: «Что мне с ней делать?». Кас лишь равнодушно пожал плечами и отошел к стене. Великий помощник, блин.

— Э-э… Леона? — Лекс неловко заправила выбившуюся прядь за ухо и замялась. Искреннего сочувствия в ней было куда меньше, чем сарказма и чувства юмора, поэтому утешитель из неё получался так себе. Все еще сидя на корточках рядом с девочкой, тихо добавила, но так, чтобы девочка услышала ее среди всей этой шумной толпы студентов: — Ты в норме?

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

Лекс пару раз моргнула, когда девочка обняла ее и внезапно заплакала еще сильнее. Она с легким сомнением посмотрела на дрожащую макушку, которую сотрясали рыдания, и после короткого, почти незаметного замешательства все же опустила ладони на плечи когтевранки, заключая ее в объятия. МакФасти каждый раз уходила из комнаты, стоило только кому-нибудь из девчонок заплакать из-за разбившегося сердца или плохой оценки, она не умела оказывать поддержку и никогда не знала, какие слова нужно и правильно произнести. Боялась, что только сделает хуже и усугубит.

Кассиан, напротив, не проявлял ни малейшей заинтересованности, предпочитая держаться в стороне и ютясь где-то у стены с книгой в руках. Лекс же чувствовала себя подобно львице, оберегающей своего маленького хрупкого львенка; она то и дело бросала недовольные взгляды на любого, кто осмеливался задержать на них внимание. Возможно, дело было в близости начала занятий, а возможно — в ауре самой МакФасти, но коридор начал стремительно пустеть, оставляя их в относительной тишине.

— Ну и пусть смотрят, — шепнула Лекс, ободряюще поглаживая Леону по плечу. — Эмоции — это не слабость. Поплачешь, а потом расправишь плечи и пойдешь дальше с гордо поднятой головой. Страшно было бы, если бы ты не попыталась встать и продолжить путь.

Девочка что-то невнятно бубнила ей в мантию, и Лекс с легкой досадой осознала, что ее одежда сейчас наверняка вся в слезах и соплях. Ладно, очищающее заклинание решит любую проблему.

— Ты опять заблудилась? Или что-то случилось? — Лекс задала вопрос мягче, стараясь переключить внимание девочки. — Я же говорила, что ты всегда можешь обратиться ко мне, я помогу. Давай, вдох, — она сама сделала глубокий, размеренный вдох, не до конца понимая, кого она пытается успокоить — себя или Леону, — выдох. — Она слегка отстранилась, заглядывая в заплаканные глаза маленькой когтевранки. — Ну вот и хорошо. А теперь пойдем умоемся, приведем тебя в порядок — и бегом до кабинета.

Она аккуратно, почти нежно, стерла большим пальцем слезинку с щеки девочки и ободряюще улыбнулась. Обернувшись к Касу, она добавила:

— Иди без меня, я скоро догоню.

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

Лекс посмотрела на Леону мягко, стараясь не напугать ее еще больше. Вся ее поза, от слегка опущенных плеч до осторожного взгляда, говорила о желании успокоить, а не вызвать новую волну тревоги.

— Сейчас все в порядке, пойдем, ты умоешься, и я провожу тебя до кабинета. — Лекс поднялась, отряхивая невидимую пыль с юбки и коленей. Затем она протянула ладонь Леоне, предлагая помощь, чтобы та встала. Книгу забрали, непосредственный страх, казалось, угас, но влажные дорожки слез на щеках девочки говорили, что облегчение еще не пришло полностью.

— Тебя что-то еще огорчило? — вопрос вырвался сам собой, скорее по привычке, чем от сильного любопытства. Но Лекс не могла избавиться от ощущения, что это падение стало просто последней каплей, переполнившей чашу. Она вспомнила, какой потерянной Леона выглядела в первые несколько недель – не как вороненок, готовый к полету, а скорее как крошечный, взъерошенный воробей, с испуганными глазами, мечтающий спрятаться от всего мира.

Лекс улыбнулась, мягко приобнимая девочку за плечо. Это было привычное, уже почти инстинктивное движение – жест поддержки. Кассиан уже ушел, коридор опустел, им тоже следовало поторопиться, чтобы не опоздать.

— Пойдем, потеряшка, а то я теперь не уверена, доберешься ты без меня или нет.

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость