Осень и огневиски в стакане. Классика. Рыже-коричневые отсветы на стеклянных гранях, терпкий, дымный аромат, напоминающий о вековых дубах и вересковых пустошах за окнами, в которые никогда не смотрел, не потому, конечно, что не бывал в Шотландии, а потому, что это совершенно точно не те окна, в которые мог бы смотреть палач. Палачи, конечно, видами любуются не реже прочих, но не из окон какой-нибудь славной винокурни. Некогда им в таких местах бывать, вот и все.
Огневиски вообще прекрасная вещь! Не лучшее, что есть в Шотландии, потому что хорошего там вообще много, но определенно лучшая вещь в сером и скучном Лондоне. Вот в Хогсмиде можно было обойтись и без крепкой выпивки, конечно, но с кружкой сливочного пива в руке Макнейр сейчас ощущал бы себя идиотом. Нет, правда, Хогсмид - это неплохо, это лучше, чем родная дыра с выжившими из ума стариками, уверенными, что если починить хотя бы дыру в крыше, то поместье лишится своего древнего возвышенного духа, но все же и тут казалось, что лучшее, что здесь можно было бы сделать - это спиться. А пить в одиночестве, как известно, не куртуазно. Как будто бы это слово хоть когда-нибудь имело с ним что-то общее!
Может быть, назло этим мыслям, а может быть и просто так, завидев в приятном полумраке знакомое лицо, Уолден снова напомнил себе, что он еще все-таки не до такой степени сегодня вымотался, чтобы пить в одиночестве и считать это хорошей идеей. Хорошей... Что вообще хорошего происходило за последнее время? Да, в его работе - и в работе тоже - были определенные результаты, и кое-чем он даже был вполне доволен. Но были и сомнения, а сегодня было просто много досадных мелочей, сильно его разозливших. Он настолько весь исфырчался и изворчался, что забыл совершенно, что вернулся с охоты с несколькими ссадинами на лице. Это легко можно было бы поправить, но он забыл о них так же, как и несколько дней не вспоминал о бритве. В общем, с мрачным выражением на лице и с низким стаканом с виски в руке он смотрелся практически идеальной декорацией для любого паба.
- Доброго вечера, - раз уж он решил, что хочет напиваться в компании, пришлось встать, миновать несколько столиков и подсесть к обладателю не менее запавших и не менее уставших глаз, только эти глаза были цвета холодного зимнего неба, а у самого Уолдена - зеленые, по-лесному зеленые, с коричневыми полосками по краю радужки. - У меня тут почти целая бутылка старого доброго Огденского.  Хотел было взять чего-нибудь другого на этот вечер, но виски с корицей - это уже как-то слишком...
Может быть, Долохов как раз любил огневиски с корицей, причем закусывая пирожными? Кто знает! Но представить себе такое Макнейр не смог и обрадовался этому.
- Хотите, закажем еще чего-нибудь? Вечер как будто намекает, что виски - это основа бытия, но только лишь основа! - Уолден кривовато улыбнулся и поскреб ногтями подбородок, вспомнив, что побриться было бы неплохо, но, разумеется, сразу же об этом забыв. - Выпьем за правду на дне стакана и все такое...