[indent]Питер смотрел на свою руку, на синяк, который уже начал проступать на запястье, и не мог пошевелиться. В ушах все еще звучал этот шелестящий голос: «Смерть идет за тобой, мальчик». Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. А потом Лили обняла его. Просто приобняла за плечи, как делала это сотню раз с кем-то другим, когда они еще были в Хогвартсе, когда кто-то из их команды проигрывал в квиддич или кто-то из подруг получал плохую оценку по зельеварению. Обычный дружеский жест, но Питера будто ударили Конфундусом. Он замер, перестал слышать шум рынка, перестал чувствовать запахи специй и жареного мяса. Осталось только тепло там, где ее руки касались его плеч, и странное, совершенно непонятное ощущение в груди. Ему вдруг захотелось, чтобы это длилось дольше, чтобы она не отстранялась, чтобы она просто была рядом и не давала этому миру развалиться на куски.
[indent]Питер моргнул. Потом еще раз. И до него донеслось: «О, уверена, что вскоре ты его опять увидишь» - слова Лили пробились сквозь туман сознания, и Питера передернуло.
[indent]- О, надеюсь, что нет, - сказал он, сам не заметив, что говорит это вслух. Он представил, черные, полные ужаса глаза старика, его пальцы, тянущиеся к нему из толпы, и по спине побежали мурашки.
[indent]Но Лили уже тащила его вперед, и Питер послушно шел, потому что идти за Лили было привычно и безопасно. Она всегда знала, куда надо идти, и что надо делать. Всегда была уверена в том, что делает. Питер мог просто следовать за ней и не думать. Они вышли к мечети, к стене между пальмами, увитой бугенвиллеями (хотя Питер, в отличие от Лили, вряд ли знал, как именно называются эти цветы). Лили постучала палочкой по камню, и Питер даже не удивился, когда камни зашевелились. После всего, что случилось за последние минуты, говорящая стена была почти успокаивающей обыденностью. Он шагнул внутрь следом за Лили... и сразу же забыл, как дышать.
[indent]Это место пахло иначе. Не едой и специями, как маггловский рынок, а благовониями, старой бумагой, металлом и чем-то еще - неуловимым и волшебным в самом прямом смысле. Улочка изгибалась плавной дугой, уходя куда-то вдаль, как ровный полумесяц, и вся она светилась мягким золотистым светом, который исходил, кажется, из ниоткуда и отовсюду сразу. Было похоже, что это светится песок, хотя Питер не мог сказать точно, может просто солнце здесь светило по-особенному. Лавки здесь были не чета тем, что остались на площади. Вместо пластиковых бус и штампованных скарабеев на прилавках лежали настоящие сокровища. Питер увидел свитки пергамента с иероглифами, стеклянные флаконы с жидкостями всех цветов радуги, клетки с сонными пушистыми существами, похожими на помесь кошки и совы (Питер даже никогда бы не подумал, что такие бывают). Над головой покачивались зачарованные фонари, отбрасывающие причудливые тени на стены из желтого камня. Где-то вдалеке играла тихая, тягучая музыка на незнакомых инструментах. Питер шел и вертел головой, уже совершенно забыв про старика, про страх. От многообразия всего вокруг его глаза разбегались.
[indent]Питер сразу же остановился у прилавка с книгами и его внимание привлекла маленькая тетрадь в кожаном переплете. Кожа была старая, потрескавшаяся, когда-то темно-коричневая, а теперь выцветшая до песочного цвета. На обложке тускло поблескивал тисненый иероглиф - глаз, вписанный в треугольник. Питер дотронулся до тетради и по пальцам пробежал холодок. Тетрадь распахнулась, демонстрируя свои страницы - они были заполнены ровным, аккуратным почерком на древнеегипетском, но на полях кто-то более поздний оставил заметки на английском: «...Седьмая гробница скрыта не от глаз, а от времени. Вход в нее открывается лишь тому, кто знает цену...» Дальше шли какие-то расчеты, схемы, а в середине книги Питер заметил вклеенную пожелтевшую карту с пометками.
[indent]- Сколько стоит? - спросил он у продавца.
[indent]Старик вынул трубку изо рта, посмотрел на Питера мутными глазами, потом на тетрадь у него в руках и назвал сумму. Питер присвистнул.
[indent]- Недешево...
[indent]- Это не просто книга, юноша. Видишь этот глаз? - старик указал длинным желтым пальцем на обложку. - Уджат. Древний символ защиты и мудрости. Тот, кто сделал эту тетрадь, вложил в нее частицу своей магии. Она сама выбирает, кому открыться. Я держал ее двадцать лет и ни разу не видел, чтобы она вот так сама распахнулась перед кем-то.
[indent]Питер невольно посмотрел на тетрадь с новым уважением.
[indent]- А что за карта внутри? - спросил он, хотя уже догадывался.
[indent]- Старые записи одного чудака, - старик махнул рукой. - Лет сорок назад он приходил ко мне, покупал пергамент, чернила. Все бродил по пустыне, искал что-то. Говорил про какую-то седьмую гробницу, про древнюю магию, что спрятана глубже всех остальных. А потом пропал. Многие его вещи, как и эта тетрадь, так у меня и остались. Думаю, нашел все-таки то, что искал. Только обратно не вернулся, - он замолчал и снова затянулся трубкой. - Бери, если хочешь. Может, тебе повезет больше. Или просто оставишь себе как память о том, что некоторые тайны лучше не тревожить.
[indent]Питер посмотрел на карту в середине тетради. Саккара (1) - район вокруг пирамиды Джосера. Десятки маленьких значков, крестиков, пометок, сделанных дрожащей рукой.
[indent]- Лис, что думаешь? - он дотронулся до плеча Лили, привлекая ее внимание, а заодно удостоверяясь, что она рядом и осязаема. - Должно быть интересно.
[indent]__
[indent]1) Саккар - селение в Египте, примерно в 25 км к югу от Каира.
- Подпись автора
однажды тëмною дорогой
мне встретился один олень
еще там волк был и собака
всегда таскаются за мной