Marauders: forever young |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Marauders: forever young » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » 27.08.1979 У судьбы нет случайностей [л]
У судьбы нет случайностей
Дата: 27.08.1979
Место: Министерство магии, холл => куда придётся
Действующие лица: Eugene Ross, Malcolm McGonagall.
Краткое описание: После событий на Чемпионате, эти двое попадают на лечение в Мунго, где быстро приходят в себя. Спустя неделю, случай снова сводит их в коридорах Министерства Магии, и им точно есть что обсудить.
Отредактировано Eugene Ross (2025-11-03 22:37:19)
…дай мне прочесть истину в твоей душе…
Министерские коридоры имели особое свойство — невероятную, граничащую с чьей-то дурацкой шуткой, одинаковость. Казалось, идёшь всё по тому же месту, пока вдруг не осознаёшь: на стенах уже другие таблички, а запах чернил сменился ароматом кофе.
Юджин шагал быстро, стараясь не задумываться, что впервые за неделю идёт без ноющего ощущения боли в лопатках, и что тишина этого этажа чересчур гулкая.
Возвращение в привычный шум дел ощущалось почти неправдоподобным, будто ничего и не случилось. Только мелкие ссадины на руках ещё зудели при каждом движении, напоминая, что взрыв артефакта на поле был не сном и не газетной байкой.
Он свернул за угол — и остановился.
У окна стоял человек в тёмной одежде, с коротко остриженными волосами. Не то чтобы в Министерстве было мало таких магов, но в профиль не узнать его было невозможно. Осанка, взгляд в сторону — всё выдавало в нём боевого мага.
Юджин замер, прикусив внутреннюю сторону щеки. Память откликнулась шумом и истерикой толпы, рёвом бури, запахом гари. И тем самым мгновением, когда этот маг прыгнул в самую гущу схватки с инферналами.
Росс подошёл ближе, стараясь, чтобы шаги не звучали как настырное вторжение.
— МакГонагалл, — произнёс негромко. Слово вылетело само, будто всё это время ждало, когда его скажут вслух.
Мужчина у окна обернулся. Юджин задержал взгляд, убеждаясь, что не ошибся.
— Не думал, что вас встречу здесь. Хотя… наверное, это логично, — Юджин чуть сдвинул очки на нос, неловко усмехнулся. — После того, что произошло, странно просто стоять в коридоре, а не в палате Мунго.
Он кашлянул в кулак, не зная, как именно подступиться к главному вопросу. Как назойливый червяк, эта мысль терзала его всю неделю.
— Вы… вы с той девушкой приняли основной удар на себя. Спасибо.
Пауза. Юджин чуть опёрся ладонью о шершавую стену и оглянулся.
— Скажите, — тихо добавил он, — с артефактом… что-то выяснилось? Я, безусловно, рад, что моя догадка оказалась верной. Но тот выброс магии... Есть ли какие-то подробности? Кто заложил артефакт и какая была цель?
Он замолк, позволяя паузе заполнить пространство. И почти не сомневался, даже если Малькольм что-то знает, разглашать ему нельзя. На том матче пострадали и погибли десятки, если не сотни магов всех рангов и чинов. Пал даже Министр.
А значит, секретность дела вознесена до небес, и такому, как Юджин, ничего не станет известно. Папки таких дел ещё долго не попадут в архив.
…дай мне прочесть истину в твоей душе…
Поворот головы был скорее рефлекторным, отработанным до автоматизма — услышал своё имя, отозвался. Но вот сам голос… Он прозвучал как отголосок из того самого хаоса. Малькольм узнал его мгновенно. Тот самый рыжий парень в очках, что тогда, в аду огня и криков, не растерялся, а пытался что-то сообразить, помочь и даже очень успешно с этим справлялся.
«МакГонагалл».
Прозвучало тихо, но будто колоколом по наковальне. Всё внутри на мгновение сжалось — шум, гарь, истеричный визг, тот самый ослепительный взрыв, обрушивший на него и Николь всю ярость этого проклятого сундука. Он мысленно отшвырнул эти картинки. Не сейчас.
Внешне же Малькольм лишь обернулся, и в уголках его глаз тут же легли морщинки — зачаток улыбки, невесёлой, но настоящей. Наконец-то живое лицо из того кошмара, а не просто портрет в отчёте или образ в воспоминаниях или омуте памяти.
— Ну, знаешь ли, — голос его звучал немного хрипловато, но тепло, — я там был, не понравилось. Их микстура на вкус хуже, чем запах от кучки инферналов, — губы тронула улыбка, может быть, Юджин помнил, как Малкольм шутил даже во время чемпионата, манера у него такая, отшучиваться. Малкольм перешёл на «ты» как-то сам собой, без лишних раздумий. Ну а что? После того пекла все эти «извольте» и «будьте любезны» кажутся какой-то дурацкой игрой. Общая беда, что ли, на «ты» сближает куда вернее, чем любое светское знакомство.
Мужчина окинул собеседника быстрым, оценивающим взглядом, тем самым, рабочим — сканирующим на предмет скрытых травм, напряжения в плечах, тени за очками. Выглядел… целым. На удивление целым. Ссадины на руках, да, заметил. Но жив. Дышит. Говорит. Неожиданное облегчение, тёплой волной, разлилось по груди. Чёрт возьми, он даже не знал, как зовут этого парня, и в списках из Мунго было нечего искать — а вот он, стоит.
И тут Юджин выдал это. «Спасибо».
Малькольм чуть заметно мотнул головой, словно отмахиваясь от чего-то неудобного, лишнего.
— Да брось, — отозвался он, и в голосе прорвалась его привычная, чуть сорванная интонация. — Мы все тогда делали что могли. Ты тоже. Если бы не твоя догадка насчёт артефакта… — не договорил, лишь коротко выдохнул и мысленно дорисовал картину: что было бы, подойди они к тому сундуку позже или вообще не подойдя и не обратив на тот внимания, занятые атакой и защитой. — В общем, не надо благодарностей. Мы все в одной лодке были.
И вот оно, главное. Вопрос, который Малькольм слышал уже, наверное, тысячу раз — от начальства, от коллег, от самого себя в зеркале. «Что с артефактом? Кто?». Горький привкус во рту. Может и хотелось бы выложить всё, что они уже успели накопать, тому кто, может быть, имел право знать чисто, потому что каждый бы хотел знать почему так случилось и кто виноват. Вот только не на все вопросы есть ответы. Но его профессия, его долг — это стальная клетка вокруг информации.
Он вздохнул, уже без намёка на улыбку, и провёл рукой по волосам.
— Слушай, — начал он, глядя куда-то мимо Юджина, в глубь коридора. — Если бы я мог…— Он сделал небольшой паузу, подбирая слова, которые не были бы прямой ложью. — Это сейчас такое дело, что любое неверное слово — и всё, пиши пропало. Всё, что я могу сказать… твоя догадка была стопроцентно верной, но ты это и сам понял... И мы работаем, роем. Каждый день, каждый час. Пока не докопаемся до сути.
Он резко перевёл взгляд обратно на Юджина, и в его глазах вспыхнул знакомый, живой огонёк. Нужно было менять тему, уводить разговор от этой опасной трясины, но не грубо, не по-казённому.
— А ты-то сам как? — Малкольм сделал шаг вперёд, совсем небольшой, сократив дистанцию, уже не как официальное лицо к гражданскому, а почти как товарищ. — Спать хоть получается? — вопрос прозвучал не по-врачебному, а по-человечески, чуть грубовато, но искренне.
— В Мунго тебя не видел, в списках… ну, ты понимаешь. Искал бы, но не знал, кого искать. Так и не успел узнать твоё имя…, - Малкольм вопросительно посмотрел на собеседника.
Отредактировано Malcolm McGonagall (2025-11-07 00:29:02)
Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart
Росс слышал, что среди боевых магов есть разные ребята. Есть те, кто бахвалятся любой дракой, даже самой незначительной. И преувеличивая каждый факт, пытаются придать событиям больше значимости, чем они есть на самом деле. Малькольм относился, как отметил Юджин, к совершенно противоположному лагерю. На его благодарность он почти отмахнулся, и того более, присоединил Юджина к общему успеху. Сейчас Росс дал бы руку на отсечение, что именно такое поведение и соединяет людей следовать за кем-то. В купе с действиями МакГонагалла на чемпионате, когда он ринулся спасать напарницу, картинка в голове Южина сложилась полностью.
И Росс не надеялся, что сейчас узнает все, что уже известно о деле. Конечно, кто станет говорить о том, что пошатнуло все Министерство. Но Южин отметил, что его собеседник сделал это мягко. Ничего не сказав, он описал, что сейчас все департаменты только и заняты, что расследованием и каждый боевой маг сейчас ищет причины и следствия произошедшего. И из официального тона голос Малькольма стал снова каким-то очень располагающим и мягким, так ему показалось.
— Я? Да я что...,— Юджин слегка замялся, — в целом да. Медики выдали мне рецепт на зелья, чтобы спалось чуть легче, а ран на мне почти не было. Разве что спина чуть побаливает, я пролетел пару метров при ударе и приземлился на нее, — на секунду Юджину стало неловко, будто он выговаривается старому другу, которым МакГонагалл не был, — прости. Да, в общем и целом все в порядке.
Маг чуть сдвинул очки, привычным жестом проверяя, как сидят за ушами, и хмыкнул:
— Имя… Юджин. Юджин Росс, — рука дернулась автоматически в приветственном жесте. Было как-то привычно предлагать рукопожатие при первом произнесении имени.
— Ты, кстати, выглядишь, — Росс пробежался глазами снизу вверх, — совершенно не похожим на мага, который принял на себя выброс магии из артефакта. В чем секрет?
Это что, попытка пошутить? Мерлин, лишь бы он не счел тебя кретином.
Юджин переступил с ноги на ногу и постарался не затягивать паузы.
— Я чувствую, что несколько обязан тебе, — маг осекся, но с нажимом заставил себя произнести задуманное, — и кажется, у нас есть не единственная тема для разговора. Но мне кажется, что эта беседа не совсем для министерских коридоров.
Не то, чтобы Юджин хотел повесить интригу, это было совершенно не в его стиле. Просто он понимал, что вопросы, касающиеся родословной не похожи на разговор об очередном запросе или отчете, и на будничное обсуждение тоже тянут мало.
— Ты знаешь место, где можно поговорить без лишних ушей? — маг снова поправил очки, скорее из-за нервов, чем из необходимости.
…дай мне прочесть истину в твоей душе…
Малькольм слушал, и где-то в глубине, под слоем профессиональной привычки впитывать информацию, шевельнулось что-то острое и живое. Юджин Росс.
Имя «Юджин» отложилось легко, а вот фамилия... Росс. Она прозвучала не как случайный набор звуков, а как эхо из давно запертой комнаты в памяти. Девичья фамилия матери. Изабель Росс. Та самая, что когда-то сбежала с магглорожденным, бросив вызов всему своему роду, всему этому ханжескому миру чистых кровей. История, обрывки которой он слышал украдкой.
— Росс?! — Левая бровь чуть приподнялась мужчины — едва заметное движение, почти рефлекс, сдержанная молния удивления. Так вот ты кто. Не просто случайный парень с острым умом и холодной головой в аду. Не просто «гражданский», проявивший недюжинную выдержку. А кузен. Прямо скажем, далеко не самый ожидаемый поворот в и без того переполненной событиями неделе.
Пока Юджин говорил о своих несерьёзных, по его мнению, травмах, Малькольм мысленно пролистывал их спасение — да, тот действительно был дальше, но ударная волна... И этот жест — поправить очки, нервный, выдающий куда больше, чем слова. Знакомо. Слишком знакомо.
А потом этот вопрос. «В чём секрет?» Малькольм фыркнул, коротко, беззвучно. Секрет. Да в том, что невыносимая боль — это как разменная монета в их работе. Заплатил, и живи дальше.
— Секрет? — его голос прозвучал с новой, чуть хрипловатой ноткой, а уголки губ дрогнули в улыбке — щит, за которым можно укрыть всё что угодно. — А ты никогда не получал по лбу дверцей от печки? Вот и у меня тот же принцип. Голова кружится, в ушах звенит, а ты себе кашу помешиваешь, будто так и надо. Привычка. Пока держусь на честном слове и волшебном клее. — Шутит мужчина.
Он отвёл взгляд, будто рассматривая узор на каменной стене коридора, давая и себе, и Юджину секунду передохнуть от этого внезапного напряжения. А потом Юджин заговорил снова — об обязанности, о разговоре не для министерских коридоров. Когда прозвучал вопрос о месте без ушей, Малькольм медленно кивнул. Мысли скакали, цепляясь одна за другую: протокол, безопасность, долг... и странное, настойчивое чувство родства?
— Место, — задумался, проводя ладонью по отросшей щетине. — Есть паб. «Спящий совёнок». — Он посмотрел на Юджина прямо, и в этот раз в его взгляде не было ни шутки, ни намёка на отстранённость. — Можно сегодня в девять. Удобно?
— И, Юджин... — его голос снова стал тише. — Про спину. Сходи к целителю. Пусть посмотрит. Иногда... иногда боль приходит потом. Лучше перебдеть. — Сам бы Малькольм, конечно же, своим советом пренебрёг. Он и так уже отмахнулся от двух таких же рекомендаций от коллег, отделавшись шуткой про то, что у него спина не болит, а «только чешется в районе крыльев, которые ещё не отросли». Но это он. А Юджин... Какой он? МакГонагалл надеялся, что не тот, кого можно оставить разбираться с последствиями в одиночку, уповая на авось и магическую живучесть. Особенно теперь, когда простая случайность обрела черты внезапного родства.
— Ты вообще из какого отдела?
Отредактировано Malcolm McGonagall (2025-11-30 02:17:30)
Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart
Неясно как реагировать...
Эта мысль точно будет преследовать Росса еще долго. Малькольм оставлял впечатление "шутника" во всей этой коммуникации. Между тем шутки сплетались с ощущением некоторой ... заботы? Юджин решил внутри, что спишет все на особенности служебной тяжбы волшебника.
"Заботиться о страждущих и попавших в беду" - для магов из аврората было чем-то вроде основополагающего принципа, который как ляссе в ежедневнике, пронизывал всю их жизнь.
Реакция на его фамилию была скорее неожиданной, но почти долгожданной. Не трудно было догадаться, что Малькольм сложит два и три и получит на выходе пятерку, хотя порой особенностью боевых магов была некоторая контузия. Но МакГонагалл, по ощущениям, был сделан из оникса или металла, его не брали, видимо, ни заклятья, ни удары по голове.
— Печкой нет, не довелось. Видимо я чуть менее предрасположен к экспериментам, чем ты, — Росс усмехнулся почти по-детски. Он действительно ощущал себя сейчас подростком рядом с магом, что был старше его в два раза.
— В девять. Отлично. Я буду на месте, Малькольм.
Ты еще хвостом завиляй, чтобы он умилялся, Юджи
Ну вот опять, этот саркастический внутренний голос, что периодами посещал итак не шибко уверенного в себе юного мага, сделал свой короткий укол. Росс так и видел рядом что-то "пивзоподобное", смеющееся над ним сейчас. Перестроиться после такого бывает трудно.
— Я дойду, — мгновение паузы и чуть расслабленные плечи поползли вниз, — дойду, честно. Поверю твоему опыту и не буду рисковать.
После вопроса про отдел, Росс понял, что не дал вообще никакой информации о себе, хотя сам уже собирал целое досье на Малькольма.
— Я в архиве отдела происшествий и катастроф. Работа не пыльная, но меня все чаще стали дергать на выездные задания, хотя не сказать, что я прямо напрашиваюсь. Мне легче среди книг и стеллажей, чем в боевой обстановке, но у нас недостаток людей и поэтому вытаскивают всех, кому не лень. Я им конечно сказал, что раз они посылают на задания людей, ответственных за бумагу, то пусть хотя бы какую-то переподготовку организуют. Я им три раза докладную писал, дважды на аудиенцию записывался, а они что?
Маг запнулся, поняв, что уже минуту эмоционально тараторит, не давая МакГонагаллу вставить и слово.
— Прости, тебе наверняка не интересна вся эта внутренняя чушь, не обращай внимания.
…дай мне прочесть истину в твоей душе…
Малькольм слушал. Вслушивался, скорее. В эти сбивчивые слова, в эту попытку шутки, которая была больше похожа на щит — хотелось бы сказать, что последнее, это у них семейное — в этот внезапный поток жалоб на начальство. И что-то в груди — то ли привычное для хит-визарда умение читать между строк, то ли это новое, неудобное чувство родства — ёкнуло.
— Молодец, — вырвалось у Малькольма почти машинально, низким, одобрительным ворчанием. Словно хвалил новобранца, который всё же заставил себя переползти под условным огнём. Потом он поймал себя на этом тоне и внутренне поморщился. Чёрт.
А потом Юджин выпалил про архив. Отдел происшествий и катастроф. Малькольм чуть не поперхнулся собственным дыханием. Вот это поворот. Значит тот самый, кто копается в последствиях. В их с Николь последствиях, в том числе. Кто хранит в отчётах кровь, осколки и запах гари. И которого теперь, за неимением лучшего, таскают на передовую. От последнего в висках застучало. Гнев? Нет. Холодная, знакомая ярость. Та самая, что закипает, когда видишь, как система, не моргнув глазом, бросает неподготовленных магов под колёса. Он дал Юджину договорить, выдохнуть этот пар, пока тот не споткнулся о собственную словоохотливость и не замолк, смущённый. «Внутренняя чушь»? Да как сказать.
— Не чушь, — отрезал Малькольм и его голос потерял всякую хрипловатую теплоту, стал острым. Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. Его взгляд, обычно скрытый за улыбкой, сейчас был жёстким и пристальным. — Три докладных и два раза на приём? И всё — в пустоту?
Он коротко, беззвучно выдохнул через нос, будто выдыхал запах гари, который вдруг снова стоял в воздухе.
— Арканс — начальник твоего сектора, у него усы, которые он вечно теребит, когда врёт, так же?
Малькольм хоть и произнес это как вопрос, но скорее тот был как как констатацию факта.
— Он тебе не организует переподготовку. Потому что тогда ему придётся признать, что людей не хватает. А это — уже отчёт перед вышестоящими. А это — пятно на его карьере. Проще послать тебя. А если что — спишут на трагическую случайность. Или на недостаточную личную бдительность сотрудника. — МакГонагалл говорил тихо. Это была не конспирология. Это была будничная, серая механика министерской кухни.
— Так что «честно дойди» до целителя, Юджин. А ещё... — он отступил на шаг, и в его глазах мелькнуло что-то решительное. — Можешь мне копии дать, если есть или написать еще одну докладную и я могу черкану кое-куда … ну или можем не закапываться в бумажки и организовать некий тренировочный процесс. По-семейному, то бишь по блату, — с улыбкой закончил Малкольм, давая понять, что последняя фраза была шуткой. — Не отвечай пока, подумай, потом в «Совёнке» расскажешь, что решил. Времена сейчас … ну в общем лишним никогда не будет.
Это было предложение человека, который вдруг понял, что его неожиданно обретённого кузена, умного и явно неглупого парня, система готова перемолоть в фарш по самой простой схеме. А с этим Малкольм не согласен.
Отредактировано Malcolm McGonagall (2026-01-06 17:43:20)
Мотивация от начальника:
"Мерлин тебя побери, МакГонагалл, если ты сейчас упадёшь и преставишься –
клянусь, я займусь некромантией, чтобы мы с твоей сестрой оба устроили тебе взбучку!"
© Elphinstone Urquart
В районе диафрагмы Юджин чётко ощутил холод. Предательский холод, будто он только что выдал тайну, что полчаса назад клялся не выдать даже под непростительными заклятиями.
Тупица, ты прямо сейчас выдал все косяки отдела действующему хит-визарду. Как на блюдечке. Не стать бы тебе крайним, Юджин. Ой не стать бы.
Конечно, внутри было ощущение, что весь этот диалог носит абсолютно приватный характер, — Малькольм умело устранял дистанцию, и Россу на мгновение показалось, что они знакомы дольше, чем две случайные встречи. Но риски вот так подставить своего начальника и создать ему проблемы... Это Юджину не нравилось от слова «совершенно». Он уже почти представил реакцию на свои действия. Вызов в кабинет, строгий взгляд и затхлый запах пыли. А потом дикие крики начальника. Нет, этого совершенно не хотелось.
— Да, особой реакции не было, все бумаги вернулись обратно и просто осели. На моих запросах стояла красивая печать «рассмотрено», при этом со мной даже не поговорили после. А после просто завалили бумажной работой, — Юджин будто стравливал своё внутреннее, тягучее негодование. И да, Малькольм прекрасно знал, как всё работает в этих коридорах и кабинетах. Что вместо реальных дел здесь очень уж часто бьются за сохранение внешнего лоска и прекрасных отчётов. И знал не просто принципы. Лица. Людей. Повадки. Росс посмотрел на этого взрослого мага и не мог представить, сколько этот хит-визард видел на самом деле и о скольком был вынужден молчать по долгу службы. Юджин всегда подозревал, что существует огромная разница между отчётами в его архиве, реальными происшествиями и столкновениями и теми бумагами, что видят первые лица Министерства. Там, наверху, всё всегда было красиво и аккуратно.
Когда Малькольм попросил дать копии или вновь написать запрос, Росс ощутил, как руки покрываются мурашками. Одно дело — обсуждать в закоулке своё негодование, и совсем другое — найти сообщника для конфликта. Да, воевать на уровне бумаг было бы очень в стиле Юджина, но это был бы открытый конфликт, а значит, Росс поставил бы под угрозу и поиски сестры, и своё место в этих, пусть и неприветливых, но порой очень полезных стенах. Он не мог так рисковать, вывод казался очевидным, и он подвёл итог:
— Тренировки явно не могут быть лишними, я же видел тебя в деле, — с улыбкой произнёс Юджин. Холод понемногу отступал, освобождая место для возвращающегося внутреннего тепла. Всё-таки МакГонагалл умело управлял их беседой, делая её сейчас ощутимо безопасной, почти на физическом уровне. А безопасности Росс не ощущал давно.
— Значит, до встречи в «Совенке»? Я точно приду, и кстати, как мне к тебе обращаться? По фамилии мне ощущается чем-то нелепым, мы давно не в Хогвартсе, — конечно, последнее было обращено к Малькольму, потому что Росс покинул стены замка только год назад.
Юджин уже представил, что у него вполне выйдет закрыть все важные вопросы в архиве и зайти к целителю до назначенной встречи. Заодно он явно успевал забежать домой и переодеться.
Отредактировано Eugene Ross (2026-01-17 22:12:14)
…дай мне прочесть истину в твоей душе…
Вы здесь » Marauders: forever young » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » 27.08.1979 У судьбы нет случайностей [л]
