Твёрдая ладонь между лопаток выводит из оцепенения лучше любого щелчка. Это простой, но ясный жест — «идём», и в нём оказывается спасительная нормальность. Маэль кивает, позволив себя направить, чувствуя, как тело слушается неохотно и шаги ощущаются деревянными. Мысли, разбежавшиеся как испуганные мыши, начинают медленно возвращаться в свои норки, выстраиваясь в логическую цепочку: Чайная. Тишина. Перевязка.
И слова сперва второй девушки, а потом и волшебника о письме матери, отзываются в ней тихим, знакомым эхом собственной тревоги. «Черкнуть пару строчек». Да. Обязательно. Но не сейчас. Сейчас нужно просто дойти до чайной, где можно будет сесть. Выдохнуть. Почувствовать, что мир вокруг не пытается уничтожить тебя и разрушиться сам.
— Маэль, — тихо, но чётко произносит девушка, принимая рукопожатие. Пальцы Арчи оказываются тёплыми, и это тепло кажется невероятно осязаемым, реальным якорем. — Меня зовут Маэль. Маэль Малекри. — Она ненадолго задерживает его взгляд, и в её зелёных глазах, ещё не до конца оттаявших от ужаса, мелькает что-то вроде хмурого понимания. Он прав — знакомство в любой другой обстановке было бы предпочтительнее. Но раз уж судьба свела их в самом пекле, то теперь это ощущалось каким-то странным, спёкшимся кровью и пеплом союзом. И с такими людьми, её учили, имеет смысл быть на «вы».
После её взгляд обращается ко второй девушке.

* * *

— Конечно, знаю, — отзывается Сэм быстро и резко, а потом пожимает плечами, проводит ладонью по лицу. Срывать стресс на том, кто тебя спас, не самый разумный поступок. Но разумность сейчас кажется ей слишком неподъемной ношей.
Рукопожатие Арчи Сэм принимает крепким, быстрым движением, скорее как формальное подтверждение договорённости, чем вежливый жест. Её ладонь оказывается твёрдой, с шершавыми участками на пальцах — то ли от работы, то ли от спорта.
— Сэм, — бросает она, не раздумывая. Полное имя выдавать у неё ни малейшего желания. Крамп звучит грубо, а Саманта кажется сейчас каким-то чужим. Сэм — ровно то, что надо: нейтрально, коротко и без лишней информации.
Её взгляд скользит по лицу волшебника, а потом мечется к напряжённо-собранному лицу Маэль, которой она кивает в знак знакомства. «Чайная Розы Ли». Звучит не как паб, а как место для спокойных старушек. Но Арчи прав — в «Трёх Метлах» скоро будет давка, шум и море вопросов, на которые у неё не будет ответов и, что важнее, желания их давать. Тишина и что-то крепкое — вот единственный рецепт, который её разум готов принять.
— Значит, сперва совятня, а потом чайная, хороший план, — засовывая руки в карманы, чтобы скрыть остаточную дрожь в пальцах, Сэм оглядывается по сторонам. Голос её звучит хрипло, но уже без той сдавленности, что была минуту назад.
И шагает теперь уже первая. Хогсмид Саманта знает смутно и плохо, но это — старая привычка, двигаться первой, чтобы не ждать, пока другие решатся.
— И да, — добавляет она уже тише, глядя себе под ноги. — Рада познакомиться. Жаль, что обстановка и правда говно. Но хоть живы. Пока что. — Это «пока что» повисает в ночном воздухе Хогсмида, мрачное и честное, как сама она.