Воздух в Мунго был густым, липким и тяжелым от запаха крови и сильных обезболивающих зелий. Кассиан ненавидел этот запах. За последние несколько суток он въелся в его кожу, в волосы, в одежду, без конца напоминая о том кошмаре, который произошел на Чемпионате мира. Его гиперответственность, взращенная годами, сейчас давила на плечи бетонной плитой от чувства, что все происходило на его глазах, а он был не в силах хоть как-то повлиять. Инферналы, паника, мертвый министр, обезумевшая толпа. Министерство гудело как растревоженный улей, и Кас вызвался лично сопровождать партию гуманитарной помощи от их отдела просто для того, чтобы не сидеть в кабинете и не сходить с ума от ощущения собственной бесполезности.

Он левитировал перед собой несколько тяжелых ящиков с зельями и бинтами, стараясь не сильно щуриться в хаосе больничного коридора. Его движения палочкой сохраняли спортивную ловкость и точность, которую он развил еще в школе, и которая теперь не находила иного применения, кроме как уворачиваться от бегущих колдомедиков.

В свои 21 он чувствовал себя глубоким стариком. Вся его былая веселость и драйв, которыми он так мастерски прикрывался в школе, давно иссякли как магловская батарейка, превратив Кассиана в ворчащего офисника. Внешне он выглядел почти как обычно, но темные круги под глазами выдавали его с потрохами. Вся его физическая и эмоциональная энергия уходили на то, чтобы просто передвигать ноги и не срываться на крик от ужаса, в который превратилась реальность магической Британии.

Отдав распоряжения больничным эльфам о разгрузке остальной партии медикаментов, Кас обернулся, собираясь перевести дух. Взгляд зацепился за знакомую фигуру, что в целом, не могло быть странным – в последнее время Мунго забито до отвала. Тот же аккуратный хвост, та же знакомая линия плеч. Он даже не мог предположить, что Леона выберет путь колдомедика. Не вязалось с воспоминаниями о ней? Почти наверняка. Эббот вдруг испытал неприятное сожаление от того, что тонув в собственной каше, он совсем позабыл писать старым школьным друзьям, и сейчас практически ничего о них не знал. Кас прищурился, и прежде чем шагнуть к ней, последний раз отвел взглядом коробки.

Они не виделись целых три года, с самого выпуска, и сейчас, в этом наполненном стонами коридоре, ее лицо казалось призраком из какой-то другой, совершенно далекой и беззаботной жизни. Жизни, где самой большой проблемой был заваленный экзамен по зельеварению. Жизни, в которой у него еще была Лекси.

Мысль о бывшей девушке неприятно резанула тупой болью, но Кассиан мастерски затолкал это чувство поглубже, натягивая на лицо броню из теплой улыбки. Кто бы мог подумать, что в этом ужасе он будет рад увидеть хоть кого-то из прошлого?

— Кегг!

И на что он вообще надеялся. Его отклик просто потонул в толпе. Он подошел ближе, сунув руки в карманы брюк, чтобы скрыть дрожь пальцев.

— Выглядишь устало. Завал на работе? — Кас возник перед ней, оперевшись плечом о стену, и вздохнул, наконец поймав внимание старой подруги. Взгляд бесцеремонно скользнул по ней, осматривая словно впервые. Она изменилась. Как и мир вокруг. Он тут же прикусил губу, понимая, что на радостях начал ударяться в бред. — Привет.

Подпись автора

Бровь Кассиана медленно выгнулась. Он, конечно, не ожидал радушного приема и объятий среди кучи раненых, но этот укус был весьма неожиданным.

— Я здороваюсь из вежливости только с начальством, — отозвался он, наклонив голову так, чтобы посмотреть за спину Леоне и проверить, целы ли его коробки с зельями. Скользнув по ним взглядом, он в то же мгновение вернул взгляд к девушке. — Ворчишь. Ну, имеешь право, — Кас кивнул подбородком за её спину и хмыкнул. — Я привез медикаменты.

Он замолчал, задержав взгляд на лице девушки. Теперь он мог осмотреть её ближе и детальнее: совершенно хронические мешки под глазами, бейджик, подрагивающие пальцы, словно она была готова вот-вот сорваться и драпануть от него прочь. Кас вполне мог понять причину. Понять, но не принять. После выпуска их жизни закрутились так круто, что он едва успевал за собой, не то что справляться еще и о других. Весьма эгоистично, но после расставания с МакФасти он вообще старался отрезать в памяти всем все было с ней связано. Даже бывших друзей. Он вздохнул, отталкиваясь плечом от стены. Ему хотелось спросить, спит ли она вообще, ела ли сегодня, но он понимал, что сейчас это прозвучит как издевка. За спиной послышались торопливые шаги, и его рука взметнулась совсем рефлекторно, закрывая девушку от пробегающих мимо колдомедиков.

— Выглядишь паршиво, — наконец прервал молчание, опуская руку. — Променяла сливочное пиво на это. И как?

Он и сам не понял, какого хрена начал язвить в ответ. Многотонная усталость на плечах и раздражение после долгого рабочего дня точно делали свое дело, а потому пропустить её колкость он просто не мог. Правда, чем мгновение взгляд Каса тут же смягчился, и он покачал головой, улыбнувшись уголками губ.

— Ладно, хватит. Ты сейчас упадешь в обморок на мои драгоценные коробки. Я не шучу, Кегг, ты бледнее даже самого свежего инфернала, — он тыкнул пальцем в ее предплечье. Жест совсем ребяческий – он делал так в школе, когда Леона дулась на него слишком долго. — Как тебя сюда занесло? Если ты… — снова нагнулся, посмотрев на эльфов. —…не торопишься, конечно. Я соскучился, между прочим.

Подпись автора

Стоило Леоне пойти в сторону, как его ухмыляющаяся маска на лице тут же исчезла. Он провел ладонью по волосам, на мгновение задержал так пальцы и выдохнул. Буднично улыбаться оказалось куда сложнее, чем он мог себе представить.

Кассиан молча последовал за ней, чувствуя, как с каждым шагом тяжесть в ногах становится все более ощутимой. Голова не касалась подушки с того самого дня, да и в его случае это было бы жутким эгоизмом, когда раненые все еще продолжают погибать. Ему была жизненно необходима эта передышка, поэтому пустая скамья у окна показалась ему настоящим спасением. Он тяжело опустился на деревянное сиденье, опираясь затылком о прохладную стену.

— Я и забыл, — сказал он тихо, отвечая на то, что она хотела быть целителем с 4 курса. Было неловко, но в последний год Кас не помнил даже чем завтракал. — Тебе идет.

Вопрос о работе заставил его горько усмехнуться, он оторвал затылок от стены, и эта усмешка на мгновение исказила его усталое лицо, обнажая ту самую глубоко запрятанную злость на собственную бесполезность.

— Нервный? Да брось. Я чувствую себя так, будто меня пропустили через Круциатус, а потом заставили писать об этом отчет в трех экземплярах, — сделал неопределенный жест рукой, изображая масштаб катастрофы. — Я работаю в министерстве. Отдел магических игр и спорта, — он сделал паузу, давая время Леоне осознать, что он напрямую связан с этим дерьмом. Взгляд был направлен на её стаканчик с кофе. — Звучит невероятно важно, да? Я тот самый гениальный волшебник, который следит за тем, чтобы у колец был уставной диаметр, и чтобы команды подавали заявки на матчи строго в черных чернилах. Ты даже не представляешь, сколько магического таланта требуется, чтобы стандартизировать крепления на метлах. Это, знаешь ли, колоссальный вклад в победу над силами зла, — он поправил очки на переносице и дал себе выдохнуть, поняв, что его начинает заносить от накопления в себе тонны негатива. — На Чемпионате мы должны были координировать безопасность вместе с аврорами. И посмотри вокруг. Посмотри, как блестяще мы со всем этим справились.

Его пальцы на коленях перебирали в воздухе, словно Кассиан что-то крутил – старая привычка гасить нервное напряжение никуда не делась. Ирония была его единственной защитой от осознания того, насколько его нынешняя жизнь не совпадает с тем, что он когда-то планировал.

— А вот про пиво обидно. Пойдем, сделаем капельницу с огневиски? — тут же вскинул руки, словно сдаваясь. — Шучу я, шучу. Что насчет тебя? Мешки под глазами говорят, что ты спишь прямо на этих лавочках.

Он уж начал чувствовать легкое облегчение от этой короткой возможности выговориться, как следующий вопрос заставил его мысленно споткнуться. Улыбка на его лице на долю секунды застыла, уступая место искреннему, хоть и тщательно скрываемому замешательству. Навестить Лекси? Здесь? В Мунго? Кас понятия не имел, чем она могла бы сейчас заниматься. С момента их расставания он не особо следил за её жизнью, но откровенно демонстрировать свою неосведомленность или растерянность было совершенно не в его стиле. Он чуть свел брови к переносице, нахмурившись. Кас замер так на долю секунды, обдумывая то, что вообще собирается сказать, и наконец поднял взгляд на подругу.

— Навестить Лекси? — её имя царапнуло пересохшее горло, словно он проглотил горсть битого стекла, и парню пришлось судорожно сглотнуть, чтобы просто вернуть себе способность говорить. — Я как-то упустил момент, когда Мунго стал её новой карьерной мечтой? С чего бы мне навещать её здесь?

Он заметил легко дернувшуюся в недоумении бровь Леоны и позволил себе тихо усмехнуться, покачав головой. Похоже, её сбило с толку сказанное, но Кас был сбит с толку не меньше. Худшее уже начало скрестить на затворках сознания, но Эббот все же надеялся, что она тут работает.

— Я давно не виделся с ней. Два года как, — откашлялся. — Слишком много… — он запнулся, подбирая слово, которое не выдало бы всю глубину его паники, —…случилось.

Отредактировано Cassian Abbott (25.03.2026 14:28:57)

Подпись автора

Услышав упоминание Роланда Кегга, Кассиан не смог удержаться от слабой и на этот раз совершенно искренней усмешки. Старик Роланд действительно был той еще занозой в их отделе, человеком, который мог довести до нервного тика кого угодно своими дотошными требованиями.

— Слава Годрику, твой дедушка работает в другой части отдела.

Он уже собирался согласиться на кружку пива, начал искать дыры в расписании, но её история о работе в Мунго показалась ему крайне милой, вообще не подходящей Леоне и её нраву.

— В самом деле? Если здесь, не далеко, то что же… среди маглов? — он усмехнулся. — Спать в подсобке и добровольно изолировать себя от всего живого это не героизм, Леона, это прямой путь в одну из этих палат. Как только мы хотя бы немного разгребем последствия, а это вряд ли скоро, я лично вытащу тебя из твоей новой холостяцкой берлоги. Или не холостяцкой? Не важно. Мы выпьем не только пива, но и чего-нибудь покрепче, потому что нельзя в наши годы хоронить себя заживо, и ты расскажешь, холостяцкая твоя квартира, или нет, — взгляд не совсем привычно скользнул по халату подруги, остановившись на кармане, но не с целью её осмотреть – Кас искал что-нибудь маленькое. — Дай-ка.

Он вдруг наклонился, ловким движением вытащил перо и сунул его в карман пальто.

— Это на случай, если ты решишь проигнорировать мои письма. Оно быстро тебя найдет, так что не пытайся юлить.

Кассиан хотел добавить что-то еще, чтобы окончательно вытянуть Леону и особенно себя, как вдруг разговор свернул к Лекси. Слова о множественных переломах и бессознательном состоянии обрушились на его голову, сбивая остатки показной бравады. Привычная улыбка исчезла на его лице за долю секунды, оставив лишь серую бледность. Он вдруг начал ощущать себя в странном вакууме – голоса и шум вокруг затихли, а в ушах протяжно и мерзко зазвенело. Какого черта она вообще там делала? Ладно, странный вопрос, там была вся магическая Британия. Он должен был хотя бы предположить, хотя бы подумать о таком шансе. Да как о таком вообще можно было подумать? Кассиан почувствовал, как к горлу подкатывает удушливая тошнота, и он потянулся к вороту свитера, чуть отгибая его.

Юноша поднял на подругу стеклянный взгляд, полный шока и совершенного недоумения. До его сознания с огромным отставанием дошли слова о том, что сейчас с Лекси все хорошо, она жива и здорова, и даже во всю ругается с персоналом. Это настолько в её духе, что Кас хотел усмехнуться, но ком в горле не позволял. Он представил Лекси, спорящую с целителями и доводящую всех вокруг до белого каления, и эта мысль стала единственной соломинкой, позволявшей его разуму не утонуть в море из чувства вины. Как они до этого дошли? А захочет ли она вообще его видеть? Воспоминания о том, как Лекси сама ушла в тот день, неприятно полоснули, но желание увидеть эту бешеную прямо сейчас сильно перевешивало.

Кассиан судорожно сглотнул вязкий ком в горле, чувствуя, как к его пальцам подступает мелкая и совершенно неконтролируемая дрожь, которую он больше не мог прятать за иронией и тупыми шутками. Адреналин ударил в кровь, и он резко поднялся следом, посмотрел на протянутую ладонь и взялся за неё лишь на мгновение, чтобы мягко сжать и отпустить, подсознательно считая себя недостойным чьей-либо поддержки в этот момент. Вместо этого, его пальцы скользнули в волосы и нервно взъерошили их.

— Шумная, значит, — он медленно натягивал привычную броню из иронии и ворчливого сарказма, хотя голос немного осел от испытанного шока. — Я на девяносто процентов уверен, что она просила подавать костерост вместе с вином, а теперь требует её отпустить.

Кас судорожно выдохнул, чувствуя, как сердце бешено колотится где-то в горле. Он едва мог стоять на месте, и чувствовал, что в любую секунду просто сорвется и побежит проверять каждую палату.

— Какая палата, Кегг? — Кас нетерпеливо шагнул вперед, даже не пытаясь скрыть свою спешку. — А вы, — чуть повысил голос, окликивая эльфов. — Продолжайте. Пожалуйста. Я скоро вернусь.

Подпись автора

Кассиан шел за Леоной по бесконечным коридорам Мунго с полным ощущением, что идет на эшафот. Они не виделись два долгих года, и теперь их первая встреча должна была произойти среди больничных коек после того, как Лекси с достоинством прокатилась по его нервной системе, когда уходила, а теперь едва не погибла. Он прекрасно понимал, что никакого отношения к этому не имеет, но выработанная за всю жизнь привычка опекать её никуда не делась, а потому чувство вины начало вылезать в трещинах все сильнее и сильнее. Сердце колотилось где-то в горле, отчаянно мешая дышать, а в голове билась только одна паническая мысль о том, что он не уберег её. А должен ли был?

Леона остановилась у нужной двери, И тут они оба услышали какие-то крики. Кас выгнул бровь, посмотрев на подругу.

— Мерлин, дай сил.

Он усмехнулся, выдохнул и положил пальцы на ручку двери, открывая. Войдя, он тут же сощурился от яркого света. Кто вообще придумал ставить столько свечей в месте, где люди едят да спят? Взгляд скользнул по четырем кроватям, и отступив в сторону, чтобы Леона вошла, Кас на мгновение замер на проходе. Им что, проверить за каждой ширмой? Позвать её? Господи боже. Его только сейчас начало накрывать стойкое ощущение, что под шоком и адреналином он слишком поторопился, и Лекси вообще не сдалось его видеть. Что он вообще собирается сказать? "Привет, как твои сломанные ноги?"? Абсурд.
Чтобы не выдать того факта, что он был в шаге от нервного срыва, Эбботт привычно и очень быстро натянул на себя улыбчивую маску.

Отредактировано Cassian Abbott (26.03.2026 16:05:21)

Подпись автора

Глаза сами округлились,  а из легких будто разом исчез весь воздух, заставляя девушку инстинктивно раскрыть рот в беззвучном выдохе. Если можно было бы описать ее состояние сейчас, то услышав его голос, она могла бы сказать, что ее физическое состояние в разы лучше, чем то, что она испытала, стоило ей лишь уловить этот бархатный, шуточный, до боли знакомый манер. Ее внутренний голос проматерился, вспоминая всевозможные ругательства и не скупясь на повторы.

— Какого... — начала было Лекс, но не успела донести свою мысль, как ее прервал второй, женский голос. И тут уж Лекс окончательно закрыла глаза, откинувшись макушкой о холодную стену. Если этот день мог стать еще хуже, то он моментально превратился в самый ужасный из всех возможных. Даже пережитое во время катастрофы не казалось неразрешимой проблемой, когда весь ее чертов мир остановился в тот момент, когда ее бывшая подруга и бывший парень решили наведаться в ее палату. Хуже, казалось, уже быть просто не могло.

Во рту предательски пересохло, а руки начали ощутимо подрагивать. Прекрати дрожать, МакФасти, соберись! Не здесь. И уж точно не перед ними!

Когда ширма открылась, Лекс посчитала до пяти, чтобы унять это проклятое подступившее тошнотворное чувство и из-под полуопущенных ресниц посмотрела на вошедших. Рука непроизвольно дернулась, поэтому девушка решила спрятать ладони под одеялом, даже если и вспотеют, то никто не заметит. Лекс не была готова к подобной встрече, не сейчас, не в таком состоянии. Выглядело все так, будто они специально подобрали момент, когда МакФасти будет уязвимой, чтобы хоть как-то обезвредить ее нрав. Лекс усмехнулась, чуть склонив голову, осматривая сначала подругу. Леона работала в Мунго: белых халат, хвост, круги под глазами и эта появившаяся сталь во взгляде. Определенно она повидала за годы работы многое, от чего ее наивный блеск в глазах отошел, уступив профессиональному зоркому взгляду. МакФасти знала, что ее подруга... бывшая подруга, ушла с головой в мечту. Столько лет прошло, но кто-то не изменяет традициям и вкалывает как проклятый. В этом вся Кегг: ни шагу назад, ни слова об усталости.

— Воу... — только и выдавила Лекс, расплываясь в чеширской улыбке. — У меня в палате открыли кружок по встречам с бывшими?

Лучшая защита — это нападение. МакФасти привыкла бить первой, делать больнее, пока не сделали тебе. Ничего хорошего от их прихода не могло быть. На что они рассчитывали? Да и вообще, на что рассчитывала сама девушка? Что Кассиан и Леона просто так заглянут из-за чувства беспокойства? Пусть в задницу запихнут свою жалость. Она поступила с ними слишком жестоко: с Леоной, когда их дружба постепенно сошла на "нет", стоило только обеим утонуть в своих делах, а потом и в эмоциональном выгорании. С Кассианом...

Лекс сжала кулак под одеялом, впиваясь ногтями в ладонь. Не хотелось поворачиваться к нему, нельзя, не... Она взглянула и тут же шумно вздохнула. Со стороны это могло показаться вздохом от усталости, но девушка знала, что это нифига не усталость. За два года, что они не виделись, он почти не изменился: те же черты лица, но больше усталости, та же непринужденность в движении, чем он тщательно маскировал волнение. Он знал ее как свои пять пальцев, то же самое могла сказать и она. Даже если не учитывать эти долгие сложные два года, они слишком многое прошли, чтобы так быстро забыть привычки и повадки друг друга.

— Мне не нужно вставать с кровати, чтобы выгнать кого-то из своей палаты, — она произнесла это тихо и уверенно. Бесполезно было выгонять вошедших, она знала, что если они пришли, то вряд ли уйдут по чьей-то указке. Скорее, из вредности, останутся на подольше. — Осматривала в первую ночь? — Лекс повела плечом, будто сбрасывая напряжение. — И решила прийти только спустя несколько дней. Если брать во внимание твою загруженность, то не стоило ожидать твоего посещения вовсе. Что поменялось, зачем пришла?

Не самый хороший диалог между двумя лучшими подружками. В прочем, когда они перестали считаться ими? Когда Лекс, путешествуя, а после переживая разрыв с Кассианом и пропадая в зельях, не писала, пытаясь не контактировать с людьми, которые напоминали бы хоть отдаленно о нем. Девушка тогда прекратила общение даже с родителями, поглощенная работой, ей не хотелось слушать вопросы о будущем, женитьбе и Эбботе. Слишком больно. До сих пор. Или когда Леона, зная где они, не писала первая и ни разу не проявила заинтересованности в общении? Школа школой, но Лекс просто осточертело везде тянуть этот паровоз в надежде, что их дружба не односторонняя и не нужна только МакФасти. Как оказалось, не напиши ты, не напишут и тебе. Зато расставило все точки над "и".

Лекс перевела взгляд на Кассиана. Их глаза встретились. В душе заскребло. Именно она разорвала их отношения, не удосужившись спросить его мнение, поговорить и что-то решить. Сделала настолько больно, что видеть его сейчас было несколько странно. Пришел узнать жива ли она или добить после тех ран, которые она ему нанесла? Самое сложное ставить точку в отношениях, когда понимаешь, что все еще любишь человека. И вот два года страданий, самокопаний, несколько десятков выпитых запасов винн. Ты думаешь: все, я цел и, наконец-то, могу двигаться дальше. А потом появляется он. И твой шрам, что ты так нежно и бережно зашивала все эти годы, расходится.

Она отвела взгляд, отвернувшись. Это было невыносимо.

Лекс могла поспорить, что ее состояние внутри сродни круцио. Выворачивает наизнанку, ты хочешь кричать, биться о пол, плакать, но внешне стараешься выглядеть хотя бы сносно. Переломанные ребра заныли еще сильнее. Лучше бы она спала, так бы они просто ушли.

— Я в норме, — Лекс закатила глаза. Что-то меняется, но Кассиан остается прежним. — Бывало и хуже. Я жива, почти цела, мне повезло. В крайнем случае встреча бывших могла бы случиться у моего надгробия, принесли бы цветочки, пропустили бы по стаканчику огневиски. Ничего бы не изменилось.

Она пожала плечами. Проще было царапаться дальше, боясь подпустить ближе. Нежели если бы она прям тут разрыдалась бы.

— Надеюсь, вы пришли бы в белом,— она улыбнулась, возвращая внимание сначала Леоне, а потом и Кассиану. — Если бы, конечно, пришли.

Черный цвет в последнее время перестал считаться траурным для Лекс. Он слишком вжился в повседневную рутину, чтобы являться чем-то особенным.

Она всеми оставшимися силами старалась казаться равнодушной.

Отредактировано Leksis MacFusty (27.03.2026 21:45:14)

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость

— "Бывшими"? Что я, нахрен, пропустил?

Его взгляд скользнул от Лекси к Леоне, и Эббот молча пропустил последующий парад колкостей "кто кого заденет сильнее", лишь чуть наклонил голову вперед и выгнул бровь, словно прямо сейчас ему приходилось слушать причитания капризного ребенка. Он промолчал еще и потому, что сейчас выяснять отношения прямо при Леоне хотелось меньше всего. Бедная Кегг и так, казалось, уже триста раз пожалела, что рассказала ему и вообще пришла сюда. Она давно выбрала дорогу избегания, пытаясь забыть прошлое и своих друзей, которые не писали ей и не давали о сете знать. До этого дня Кас и не задумывался, что Кегг вообще могла считать их давно погибшими, поэтому её злость на них была весьма объяснимой. Теперь она пыталась с головой утонуть в многотонной работе, лишь бы не встречаться с правдой.

Кассиан скрестил руки на груди, все еще опираясь о светлую стену около кровати плечом, и наблюдал, как Леона проводит осмотр, как крутил голову Лекси так, словно в любое мгновение кинет её в коридор как мяч. Он не мог не отдать девушке должно за то, что она сделала это, пропуская мимо ушей ядовитые выпады. В голове юноши от скорости развития событий не все успевало устаканиться в голове: вот он, приехал доставить коробки с медикаментами. Вот он, встретился спустя 3 года со своей школьной подругой. И вот снова он, стоит и смотрит, как эта подруга осматривает его бывшую. Он так же поймал за собой довольно мерзкую привычку, которая осталась еще с тех времен: он привычно осматривал Лекси, наблюдал за реакциями, видел как она чуть подрагивает если вздохнет чуть сильнее или двинет рукой не под тем углом. Она до сих пор была такой же несносной, защищающей себя грубостью.

Леона кивнула сама себе, выпрямилась, и её не менее ядовитый выпал заставил вторую бровь Кассиана приподняться. Он обязательно еще поговорит с ней позже, когда он разгребает последствие своего решения оказаться в этой палате перед человеком, который его когда-то оставил. Дверь захлопнулась, и Кас лениво оттолкнулся плечом от стены, все еще не произнеся ни слова. Он подошел ближе к кровати, задергивая за собой ширму. Теперь можно рассмотреть её повреждения лучше. Кас наклонился к ней, взгляд скользил по бинтам, по подрагивающим плечам. Недовольство Лекси, как и всегда, буквально ощущалось в воздухе, потому что Кас так и продолжал молчать, что наверняка раздражало её только сильнее. В глубине души он даже радовался этой возможности заставить её злиться, пока он совершенно спокоен. Конечно, только снаружи. Внутри же велась ожесточенная война мозга с сердцем. Он медленно выпрямился, выдыхая через нос, и теперь вновь смотрел на неё сверху вниз.

— Белый цвет меня ужасно полнит, МакФасти, а плохо выглядеть на таком важном мероприятии я себе позволить не могу. Я приду в самом лучшем, просто чтобы ты даже на том свете продолжала возмущаться, — губа дрогнула в усмешке, за которой Кас пытался скрыть волнение. Его взгляд на неё мог бы выдать его с потрохами, а потому он поспешил поправить очки, чтобы хоть как-то создавать иллюзию отстраненный деятельности. — Раз уж у нас тут взаимные претензии, давай выясним одну деталь – я тут вообще мимо проходил. Буквально. Так что не льсти себе слишком сильно, я бы пришел к любому пострадавшему, которого знаю лично.

Он наклонил голову набок, явно начиная наслаждаться происходящим. Еще мгновение назад он хотел апарировать отсюда к чертовой матери, но видя эту выливающуюся из краев котла злость, та часть Кассиана, которая эти два года пыталась стереть ее лицо и образ из памяти, сейчас была просто в невозможном восторге.

— Можешь шипеть, можешь закатывать глаза и угрожать, но я притащу сюда самый неудобный стул и буду смотреть, как Леона перевязывает твою вредную голову. И было бы славно, если бы ты рассказала, какого Мерлина ты вообще делала на этом чемпионате, — он заметил, как уголок её губ в раздражении дернулся. — Нет? Ничего. Посидим тут молча, пока она не придет.

Отредактировано Cassian Abbott (29.03.2026 13:33:56)

Подпись автора

После этого злого, но такого знакомого обращения, губы юноши медленно, очень медленно начали расплываться в довольной улыбке. Она так хотела задеть его, что прибегала даже к таким фокусам. Кас выждал мгновение, смотря на Лекси и на то, как Лекси кряхтит в попытке отползти, прежде чем отогнул ширму и скрылся за ней. Его не было около минуты, Кас вернулся с пластиковым стулом в руках, снова дернул шторкой и с грохотом поставил стульчик напротив кровати. Хотелось занять лучшее место в этом спектакле.

— Вообще-то, "Кэсси" и правда изучает пострадавших. Мой отдел напрямую ответственен за случившееся. Можешь считать это допросом. Должен же я понять, в конце концов, что это не ты устроила? — он хмыкнул, сел на стульчик и уперся локтями о колени, сложив ладони перед собой. — Не припомню, чтобы ты была фанаткой ирландской или египетской сборных.

Слова были брошены просто так, потому что очевидно, никто в здравом уме не захочет пропустить такое событие. Кассиан наблюдал за тем, как она упрямо, стиснув зубы, сползает с больничной кровати, и чувствовал, как внутри трескается его самообладание. Каждый ее сдавленный вздох, каждое неловкое движение, очевидно отдающееся острой вспышкой боли в сломанных ребрах отдавались не менее неприятными выстрелами прямо под ребра.

— Сядь в койку, МакФасти, пока что-нибудь сломанное не проткнуло тебе легкое, — его голос стал тише, предупреждающим, лишившись этих шутливых ноток. Кас выпрямился и тут же встал, руки сами потянулись к ней совсем рефлекторно, чтобы поддержать, удержать, но он осекся довольно быстро. Вместо этого, он обогнул Лекси и подошел к деревянному окну, щелкнув замком форточки. — Мы можем открыть хоть все форточки в этой палате, но это не выветрит тот факт, что сейчас ты просто пытаешься доказать, какая ты сильная и независимая. Я увидел, молодец. Так что сделай одолжение нам обоим и сядь хотя бы на чертов стул, потому что я не хочу усаживать тебя сам.

На него вдруг напало знакомое дежавю. Нет, как это вообще могло быть? Прошло два года, но она не стала менее вредной даже на пару процентов. Лекси еле стояла, держа руку на боку, упрямо пытаясь показать всем вокруг, что ей совсем не больно, и что она в порядке, и что она вообще здесь самая грозная. А это совершенно тупое, ужасное чувство, когда Кассиану хотелось осадить её и заставить прислушаться хотя бы к самой себе, никуда не делось. Буквально воспитанный в нем самом рефлекс оберегать эту несносную девчонку от собственной злости вопил даже сейчас, но Кас понимал, что это всепоглощающее желание контролировать её однажды уже погубило все, что между ними было.

Его пальцы поднялись к уже лохматой шевелюре и привычно взъерошили, и Кас оперся спиной о подоконник, вдыхая через нос в попытке успокоить нервы. От этого неуместного и гордого благородства Эбботту стало настолько физически тошно. Наверное, впервые в жизни с того самого дня, когда он повстречал Лекси, он сейчас выбрал не подойти и самому уложить её обратно в кровать, а остаться в стороне, позволяя выговориться и выплеснуть всю ту злость, что в ней копилась. К миру, к себе, к нему.

— Говори мне все что хочешь, но лежа или хотя бы сидя. Обещаю, когда Леона вернется – я выйду. Я увидел все что хотел. Такая же шумная, что даже инферналы тебя слопать не захотели. Ты не пропадешь. 

Подпись автора

Взгляд скользнул к её рукам, так яростно сжимающим больничную одежду. Если бы она только знала, что ему ничерта сейчас не проще. Кас быстро обернулся проверить, не вернулась ли Леона, потому что собирался уйти сразу, как та вернется с бинтами. На это было несколько причин, и раздражение от упрямости Лекси лишь одна из них. Он просто уже триста раз пожалел, что вообще поддался эмоциям и пришел в эту палату. Чего он вообще ожидал? Что она кинется ему на шею? Смешно. Взгляд опустился вслед за ней, пока она садилась на стульчик, и теперь он смотрел на неё сверху вниз. Кас оперся лопатками о светлую стену, рефлекторно копируя ее закрытую позу и скрещивая руки на груди и тихо хмыкнул с её слов, что он пытался её переделать.

— Я давно усвоил этот урок, Лекс. Понял это ровно тогда, когда провожал твою спину. Так что да, каюсь, переделывать тебя не стоило, проще было бы оставить тебя в покое, чем пытаться спасти от твоей же собственной безрассудности, или надо было просто послать, сэкономил бы себе кучу нервов.

И все же сорвался. Кас прикусил губу, поймав себя на этом растущем раздражении. Это чувство неумолимо росло с каждым её новым выпадом. Было странно признаться самому себе, что даже спустя два года он чувствует странное наслаждение от этих молний, которые они друг в друга кидают. Он замолчал. Конечно, Кассиан давно принял, что он действительно зря пытался воспитывать её, и в те школьные годы ему следовало просто расслабиться, наслаждаться школьными днями вместе с ней, а не пытаться контролировать каждый её шаг. Но сейчас бы он в такой глупости не признался. Если она хотела войны, он готов был сыграть в эту игру, тем более что за два года у него накопилось достаточно претензий. Он уже было собирался снова открыть рот, даже вскинул руку, но тут она задала вопросы о его семье, и он совершенно натурально опешил. Вот так внезапно? Он моргнул, а бровь в недоумении поползла наверх.

— Он в порядке, — звучало даже почти убедительно. Сейчас Гиффард действительно был впорядке, на что Кас искренне хотел бы надеяться, ведь не так давно его дедушку нашли после двух месяцев исчезновения. — Проводит пенсию в Хогвартсе. Ади… она говорила, что вы переписываетесь, так что это просто вопрос в воду, Лекс.

Он чувствовал, как входил во вкус, но дальше на него посыпалось так много вопросов, что он в лучшем своем стиле выбрал вариант ответить на самый неважный.

— Нет-нет-нет, попрошу не прибедняться, МакФасти. Я выгляжу не просто сносно, я выгляжу отлично, и тебя от этого коробит — он хмыкнул, поправив очки на переносице средним пальцем. — И это при том, что последние трое суток я спал исключительно стоя, опершись о шкаф с документами.

Он понимал, что такое откровенное игнорирование вопроса не останется незамеченным, но ему совершенно не хотелось говорить с ней о работе. Особенно потому, что она пострадала там, что добавляло пару гирек к ощущению его вины. Хотелось спросить у неё тоже, чем она сейчас занимается, по прежнему ди пишет. Касу очень нравилось читать написанное от её руки. Совсем не ложилось с картиной того, какую проблемную девчонку он видел перед собой. Ему нравилось думать, что в этих строках была настоящая Лекси, а не это её дикое показушнечество. К счастью или несчастью, дверь в палату открылась, и Кас с облегчением выдохнул.

— Если тебе интересно, я расскажу как-нибудь за чашечкой кофе о своей работе, и как ту оказался. Но уверен, приложило тебя не так сильно, чтобы ты на это согласилась.

Отредактировано Cassian Abbott (01.04.2026 17:48:12)

Подпись автора

Лекс позволила себе кривую усмешку, обводя Кегг взглядом с ног до головы.

— Пользуешься возможность покомандовать? — Лекс почти послушно повернулась в сторону целителя, давая возможность ей перебинтовать рану. И куда она дела несчастного бедолагу, что до этого проверял ее состояние? — Слушай, на твоем бы месте я задумалась, почему никто не хочет видеть тебя в качестве своего целителя. Комплимент, знаешь ли, так себе.

МакФасти сдержала порыв, чтобы шикнуть, когда почувствовала слишком резкое движение у головы. Ну что за превышение полномочий?

— Я не кусаюсь, — хохотнула девушка на замечание Эббота. Было бы странно, если бы Лекс в действительности начала вредить тому, кто заботился о ней. Даже если эта забота и была не столь приятной, но не уважать работу Леоны МакФасти просто не могла. Слишком много сил уходило, Лекс знала, поэтому могла сколько угодно кидаться колкостями личного характера, но никогда бы не перешла грань, где отрицала бы важность выбранной Кегг специальности.

Кассиан вышел. Его слова девушка оставила без внимания. Пусть он исчезнет из поля зрения, чем раньше, тем лучше. Чем меньше она будет его задерживать своими колкостями, тем лучше. Ни минуты больше. Хватит. Достаточно. Ему вообще не стоило здесь появляться. К чему?

Голова начинала гудеть от нахлынувших вопросов, от непрошеных воспоминаний. Внутри копился неприятный осадок от встречи с Кегг, от присутствия Эббота, от всего этого ощущения беспомощности. Чувство некоего подобия спокойствия вмиг испарилось, сменившись нарастающей паникой. Рука, лежащая на коленях, дрогнула.

— Я бы доверила себя другому лекарю. Повторюсь, Кегг, — слова сорвались с губ Лекс, когда она подняла на целительницу взгляд. Перед ней стояла уже не та девочка, которую МакФасти помнила со школы. В глазах не было прежней наивности, той отрешенности, той пугливости. Это одновременно и радовало, и огорчало. Они повзрослели. — Тебя никто не держит в этой палате насильно. Ты могла и не приходить. Так скажи мне, к чему все это?

Подпись автора

Ты и я, дом, зима
Твой плейлист на всю громкость

Обнимай, не дыша
Мы с тобой — невесомость